Все, кто находился на аэродроме, видели, как вслед за тройкой немецких истребителей, низко над лесом шёл в атаку на взлетающее звено Ишакова «Мессер», раскрашенный под щуку.
– Ну, смотри же, Ишаков – кричали с аэродрома, – немец снизу тебя атакует!
– Как будто он вас слышит, – пробурчал механик. – Как жаль, что на «Ишаках» нет раций.
Другие кричали:
– Смотри, подбил немец ведомого. И ещё, ещё! Какая сволочь, подобрался снизу, как змея гремучая!
«Мессер», лениво выполнив «бочку», ушёл на запад, а командир авиаполка выругался и погрозил ему вслед:
– Мы ещё с тобой поквитаемся, змейский ас!
А замполит напомнил ему:
– Наш Иван Калабушкин в первый день войны на своём биплане «Чайка» сбил два «Мессера» и три бомбардировщика, вот кто настоящий ас!
– Знаю, только уточню. Калабушкин в первый день войны на «Чайке» в районе Бреста сбил одного «Мессера-109». На следующий день в районе Пинска сбил два «Юнкерса-88» и был ранен, 28 июля в районе Едрово сбил снова одного «Мессера-109 и 31 июля сбил ещё «Хеншель-126».
– Какой герой! – согласился замполит. – Свалил столько фрицев!
***
А немецкий ас гауптман Шашке, который на своём двухмоторном «Мессершмитте» только что сбил сразу трёх «Ишаков», уже сидел в подземном блиндаже и пил пиво с друзьями, пилотами обер-фельдфебелем Хуго Даймаром и обер-лейтенантом Хорсом Карганико, тоже асами, у которых на счету было немало сбитых русских. Шашке был в ударе и постоянно хвастался.
– В бою моя тактика просто идеальна, и ни разу меня не подвела. Я летаю под прикрытием наших «Мессеров», которые выманивают русских. Ха, ха! Они взлетают, а я снизу пушечкой распарываю им животы. Ха-ха-ха!
– Это похоже на мою охоту «на дикого медведя» – захохотал Даймар и хлопнул по плечу Шашке. – Везёт же тебе! Три «Ишака» зараз, тебе явно грозит Железный крест!
Но Шашке не знал, что его блестящая карьера «хитрой лисы» быстро закончится и даже креста на его могиле не будет! И неотвратимая кара настигла! 4 августа 1941 года немцы вновь решили бомбить аэродром в Шонгуи, и на этот раз в налёте участвовали четыре «Мессершмитта» Bf-110 и девять Bf-109. Сразу в небо были подняты три И-16 и четыре ЛаГГ-3 145-ого истребительного авиаполка. Несмотря на превосходство противника, советские пилоты атаковали немцев. Старшим лейтенантом Шелухиным сходу был сбит немецкий Bf-109, а командир эскадрильи капитан Зайцев из своих пушек пропорол брюхо ведущему «Мессершмитту-110», с раскраской под «щуку».
– Ага, получай, Рыжий!», – выкрикнул он.
«Мессер» загорелся и стал падать, а Зайцев проводил его взглядом до самого леса и, увидев взрыв, прокричал:
– Вот тебе, Шашке!
***
36-ой немецкий армейский корпус в это время окончательно увяз в боях у Саллы. И всё чаще и чаще пикирующим бомбардировщикам приходилось вылетать на поддержку немецких войск. Им не давали прицельно пикировать советские истребители И-16, которые с «Мессерами» постоянно крутили в воздухе смертельную кадриль. Но и этой поддержки с воздуха было явно недостаточно и наступление немцев на Мурманск стало сворачиваться. С другой стороны немецкое наступление на Кировскую железную дорогу так же не имело серьёзных успехов, так как советские войска сумели остановить противника в районе Алакуртти, после чего началась вялая позиционная война.
Так в советском Заполярье хвалёные немецкие егеря ничего не добились в своём желании овладеть Мурманском, и Кировская железная дорога по-прежнему оставалась основной транспортной магистралью, по которой доставлялось британское и американское вооружение, продовольствие и прочее оборудование.
Гитлер был вне себя. Он чихвостил своего любимца генерал-лейтенанта Дитля, а тот все неудачи сваливал на непролазную тундру и русский мороз.
***
Уже 30 августа у северных берегов Норвегии советская подлодка потопила два немецких транспорта, которые везли подкрепление для егерского корпуса «Норвегия», а 7 сентября британская эскадра атаковала немецкий конвой, и один корабль «Бремзе» был потоплен.
– Для начала неплохо, – радовался контр-адмирал Головко. – Не получит Дитль свежих егерей. Вот ему! А мы ему своими морскими десантами отрежем я…!
– Когда же мы дадим пинка этим фрицам? – спрашивали офицеры.
– Вот перегруппируемся, и тогда подпалим им задницы!
Уже тогда немецкое командование, потерпев фиаско по захвату Мурманска, решило организовать диверсионную деятельность на Северной железной дороге, и таким образом прервать сообщение Москвы с Мурманском. Кроме того, разрабатывало рейдерские операции своих подводных лодок по перехвату транспортных судов, следующих по Северному морскому пути, и погрому советских полярных метеостанций, разбросанных по всему побережью Заполярья.