Меня этот факт привел в замешательство. Я пригляделся, заметив странные черные нити связывающие мышечные ткани между собой.
— Что это? – удивленно спросил самого себя.
Однако система, видимо, решила, что вопрос был обращен к ней, и тут же выдала новое сообщения грубым мужским голосом:
Погоди ты со своей авторизацией. Ответа я не удосужился. И хотя нити связывали мышцы, останавливая кровь, но собственная ткань не нарастала. Значит, всё-таки это не регенерация, а лишь слабая её замена. Я осторожно подвигал ногой. Малой, наблюдавший за мной всё это время, внимательно обнюхал ногу и вопросительно посмотрел на меня.
Боль в левой ноге прошла и при движении особого дискомфорта не вызывала. Только легкое покалывание изредка напоминало о ране. Вторую ногу я не чувствовал до тех пор, пока кровь не начала наполнять пережатые сосуды. Вот тут-то и началось веселье.
Казалось, её проткнули тысячи игл. Я судорожно растирал мышцы, стараясь побыстрее разогнать кровь по венам, дабы унять эту непрекращающуюся боль. Наконец, она начала утихать, и я смог немного расслабиться.
Барри всё так же сидел возле стены, не предпринимая никаких действий. Малой, словно заботливая мамаша, обнюхал все мои раны, и, убедившись, что я не умираю, улегся рядом со мной. Какое-то время я лежал с закрытыми глазами, приходя в себя и, кажется, даже ненадолго задремал, пока меня не разбудило новое уведомление от системы.
Произнес женский голос, и тут же ему в унисон добавил мужской:
Очнувшись, я столкнулся взглядом с Барри. Он по-прежнему сидел на своём месте, только вот его глаза неотрывно смотрели на меня. В руках он держал охотничий нож.
— Барри, может объяснишь мне, когда я тебе на хвост наступил? – вояка вздрогнул.
Сделав вид, что отрезает нитку на рукаве, он убрал нож в голенище сапога, а потом только вернулся к моему вопросу:
— Много чести общаться с тобой!
— Нам всё равно придется. Кто знает, сколько мы тут проторчим? – однако Барри еле слышно буркнул что-то себе под нос и, устроившись поудобнее, снова закрыл глаза.
«Ну и фиг с тобой, – подумал я, – мне хватает своих проблем, чтобы ещё пытаться травить чужих тараканов». Кстати, насчёт проблем. Уведомление системы начинало нервировать.
«Как пройти идентификацию?» – спросил я систему.
Странно. Раньше система такого не требовала. Почему же сейчас всё изменилось? Ну хорошо.
«Я не знаю никаких логинов и паролей», – система молчала и мне уже казалось, что ответа не будет, но вдруг я получил новое сообщение:
Далее перед глазами появился целый список методов идентификаций и единственный, который мне подходил, – «Биометрический».
Объявила система и вновь указала на закрытую дверь. Я попробовал встать на ноги, прислушиваясь к своему телу. Многочисленные ушибы давали о себе знать, но никаких тяжелых повреждений обнаружить мне не удалось. Малой поднял морду, вопросительно глядя на меня.
— Спи, спи. Я пока осмотрюсь, – сказал я зверю, рассматривая пролом в стене.
Неужели это моих рук дело? Вернее будет сказать, моей головы. В стене действительно находилась консоль управления, вместо которой в данный момент зияла огромная дыра. Пучок оголенных проводов тоскливо торчал из стены.
Мда… Кажется, я не хило проникся к старым технологиям. Что ж, посмотрим. Если я не ошибаюсь, то во время повреждения консоли управления все двери автоматически должны открываться. Такое правило действовало в моём мире.
Я подошел к Барри, надеясь взять у него фонарь. Тот тут же ощетинился:
— Чего надо? – вызывающе гаркнул он.
— Фонарь, – протянув руку к единственному источнику освещения, сказал я ему.
Вояка, видимо, хотел, что-то возразить, но в последний момент передумал, отшвырнув его ногой в мою сторону. Для меня не составило труда нагнуться и подхватить фонарь с пола.
Дверь по-прежнему выглядела неприступно. Однако при ближнем свете фонаря мне стали видны некоторые прорехи. Пока я осторожно ощупывал гладкую поверхность двери, меня посетила одна мысль, которую было решено тут же проверить. Я плавно потянул дверь в сторону, и она, к моей нескрываемой радости, поддалась, отъезжая в стену.
