Ты бы снова стоял на вахте, прямой и гордый,всё б тебе, салаге, было на том корвете любо,а потом валялся бы в койке с разбитой мордойи кусал бы, будь они целы, губы.А потом случилось бы снова и то, другое:ты вернулся бы в город,местами такой ухоженный,где оставил, как думалось, самое дорогое,но опять не нашёл бы ничего похожего.А потом становился бы всё спокойнеегод от года,только зыркал бы белками на ближнего,как шахтёр в забое,и опять полюбил бы подолгу смотреть на воду,потому что без этой любвиты не стал бы самим собою.А желанье вернуться назад,как прилипчивая зараза,комплекс почтового голубяи, такого же, дилижанса.Ну зачем эту жизньпроживать по второму разу?..Попроси, чтобы тебе не давали шанса.2012<p>«Это как наступить на отсутствующую ступень…»</p>Это как наступить на отсутствующую ступеньлестницы, утонувшей в коммунальных потёмках,где не видно не то что ступеней, а даже стен,то ли тоже отсутствующих,то ли настолько тонких,что и тьма по эту сторону и ночь по ту —на одно лицо, без особых примет,не говоря о пробах,и когда промахиваешься,даже если целился в пустоту,это — промах.Или как, напротив,средь бела дня подойти к окнуи на полном серьёзе, но якобы ради смеха,в непонятную сторону светарастерянным пальцем ткнутьи туда уехать:мимо карты, вообще — географии, без следа,чтобы даже на глине сыройне маячил ботинка оттиск,максимально надолго, желательно — навсегда.Или хотя бы в отпуск.2013<p>«Если слышишь такое, беги принимать пострѝг…»</p>Если слышишь такое, беги принимать пострѝг,отъедаться какой-нибудь трын-травой;когда в полночь над лесомразносится птичий крик,обрывается лисий лай, обрывается волчий вой,и матёрый роняет морду в листву, в росу,поднимается дыбомсвалявшийся на загривке мех.Даже леший вздрагивает от птичьего крикав ночном лесу,потому что нервы — они у всех.2013<p>«Если, скажем, гулял…»</p>А если Христос не воскрес, то и проповедь
наша тщетна, тщетна и вера наша.
1 Кор. 15, 14 
