Решили до приезда скорой бабушку не трогать. Соседка предложила накрыть простынёй, но Ольга воспротивилась. Она сидела на полу, рядом с Леной, гладила мать по голове. А соседка в кресле напротив нараспев причитала:
– Ох! Что ж это делается? Кажется, совсем недавно сидела я с ней на лавочке, разговаривала… Такая умная, добрая, приветливая женщина была… А вас как любила!
– Она была лучшей бабушкой на свете! Моей самой близкой подругой! – вдруг выкрикнула Лена и зарыдала в голос.
– Леночка, не рви ты себе душу. И маму пожалей. Бог дал Софье Васильевне лёгкую смерть. Видно, прожила она свою жизнь достойно.
Тут раздался звонок. Ольга открыла дверь. Вошла бригада скорой, позади шёл, очевидно, водитель с носилками.
– Мы рядом проезжали, вот ваш вызов нам и передали. Я так понимаю, реанимобиль вам уже ни к чему? Тело надо в морг забрать? Или вскрытие не нужно? Терапевт участковый наблюдал больную? Подпишет свидетельство? – затараторил рослый молодой врач.
– Я не знаю, – растерянно сказала Ольга. – Разве вы не будете её осматривать?
– Обязательно будем, – немного смутился врач. И кивнул медсестре: начинай, мол.
И тут неподвижное тело внезапно пошевелилось. На секунду все застыли. Потом врач наклонился к бабушке, приподнял веко. Медсестра судорожно достала фонендоскоп из чемодана.
– И часто вы живых в морг свозите? – вдруг раздался тихий голос Софьи Васильевны. Бабушка отвела руку врача от своего лица, раскрыла глаза и попыталась сесть.
– Лежать! – заорал врач. И повернулся к Ольге. – Почему вы нас ввели в заблуждение?
– Не было пульса. И сердца мы не слышали.
– Ну, дела! – вдруг развеселился врач. Потом, став серьёзным, добавил. – Может это и к лучшему. По крайней мере, вы больной ничем не навредили. Давай носилки. (это уже водителю)
– Зачем носилки? – удивился тот. – Тут три шага до постели. Здесь дамочка лежала?
– Здесь, – хором воскликнули Лена и Ольга.
Соседка тихонько удалилась.
Бабушку уложили на диван. Врач назначил какие-то инъекции. Медсестра всё выполнила.
– Ну, а теперь расскажите, зачем вы устроили этот спектакль? – врач присел на стул у дивана.
– И вовсе не спектакль, – обиделась бабушка. – Просто рано утром, на рассвете, захотела в туалет, своих будить не стала. Думала, дойду потихоньку. Но на обратном пути упала. Видно, сознание потеряла. Потом очнулась, но такая слабость навалилась, ни пошевелиться не могу, ни сказать что-то. Вот и лежала.
– А потом откуда силы вдруг появились? – улыбнулся врач.
– Да уж очень вы меня рассердили.
– Это почему же?
– Вместо того, чтобы к больной поспешить, начали о морге говорить.
– Да, боевая вы женщина. Ну, выздоравливайте. Вызывайте своего врача на завтра. И долгих вам лет, – попрощались врач и медсестра.
И тут и Лена, и Ольга дали выход своей радости. Правда, несколько раз Лена порывалась рассказать, что видела, когда мама уходила. Но благоразумно смолчала.
**************************************************
Кругловы, подъезжая домой, немного волновались, немного радовались. Вот такая смесь чувств. Радовались, что скоро увидят своих родных, опять будут жить в своей родной квартире. А волновались по поводу Ксюши. В последние месяцы поговорить с ней толком не получалось, она отвечала коротко, односложно и отключалась. Выведать у деда с бабушкой, что происходит с дочерью, тоже не удавалось. Старики уверяли, что жива-здорова и всё в порядке. Но сердцем Людмила чуяла что-то неладное. И в мужа вселила тревогу.
И вот, наконец, они перед дверью квартиры. Достали ключи. Но что это с дверью? На месте прежнего замка какая-то металлическая заплата, в нескольких местах глубокие вмятины, будто дверь тараном выбивали. Стали звонить. Долго и настойчиво. И после изрядного ожидания раздался щелчок, и дверь открылась. В коридоре стояла Ксюша. Растрёпанные волосы, какая-то старая пижама и угрюмое лицо.
– А… Это вы приехали? – проговорила она. Повернулась и ушла вглубь квартиры.
Первым опомнился отец:
– Спокойно! Люся, возьми мелкие вещи и проходи. Сергей, заноси чемоданы.
Людмила поспешила к Ксюше. Такого приёма никто не ожидал. Что произошло с дочкой? Но дверь в её комнату оказалась запертой.
– Ксюша, открой. Я хочу с тобой поговорить.
– Я сплю, потом поговорим.
Людмила возвратилась к мужу и сыну вконец расстроенная. Они ничего не стали говорить, так как слышали короткий разговор.
– Спокойно, – повторил Пётр, – располагаемся. Ничего страшного не произошло. Может, у девочки сегодня дурное настроение.
– Только сегодня? А это ты видишь? – Людмила обвела рукой вокруг себя. Квартира была в запущенном состоянии. Нет, тут, конечно, не валялась одежда вперемешку с посудой. Но пол был затоптан, шторы висели грязными тряпками. Везде лежала пыль.
Пётр быстро прошёлся по квартире, заглядывая во все комнаты. Потом решительно произнёс:
– Располагаемся так: я с мамой в спальне, ты в гостиной. Люся, проверь холодильник. Я схожу в магазин за едой. Ты, Сергей, начинай уборку. Ищи пылесос.
Когда ближе к вечеру явились родители Петра, их встречал накрытый к ужину стол и чистая квартира.