Тимур сорвался первым и скрылся в гуще машин. Малыш же застыл в нерешительности. Что-то неуловимое и непонятное исходило от черного лимузина. И это что-то вызывало трепет, страх, восторг и еще целую бурю эмоций в чувствительной детской душе.
Наконец, он заставил себя двинуться вперед, но, подойдя к лимузину, снова растерянно остановился – машина была идеально чистая и блестела так, что мутная мыльная пена из ведра могла скорее испачкать, чем что-то отмыть. Понимая, что время уходит, и сигнал светофора вот – вот сменится, мальчуган состроил самую трогательную гримасу, на которую был способен, и шагнул к автомобилю, вытаскивая пенную губку из ведра.
Неожиданно стекло задней двери поползло вниз. В образовавшейся щели мелькнул совершенно лысый череп и злобные черные глаза.
– Только прикоснись… – голос был грубый, в нем чувствовалась угроза и сила. – И я тебе руки оторву.
Ребенок отпрыгнул от машины и замер, совершенно ошеломленный и испуганный.
Тем временем светофор сменил цвет, повелевая застывшей железной лавине ожить и двинуться дальше. Последние пешеходы перебегали улицу, и лишь рыжий щенок и белокурый мальчик застыли посреди дороги, рискуя быть поглощенными грудой бездушного металла.
Лимузин тронулся было, но снова остановился, не отпугнув своим грозным видом глупого щенка. Тот лишь вжался в асфальт, дрожа всем телом, но с места так и не сошел. Авто разразилось переливом оглушающих гудков. Но храбрый щенок лишь сильнее съежился и прижал уши, не уступая железному исполину. Хотя, может быть, он вовсе и не был храбрым, а просто перепугался, потеряв способность двигаться, как и застывший неподалеку мальчик.
Водители, выстроившиеся за лимузином, занервничали. Из толпы машин послышались раздраженные сигналы. Несколько человек стали кричать и ругаться, приоткрыв окна. Самые нетерпеливые ринулись объезжать неожиданное препятствие, и кто-то зацепил и поцарапал соседа, усложнив ситуацию. Еще недавно спокойный перекресток вдруг превратился в кипящий и клокочущий железный котел.
Наблюдавшие эту картину редкие прохожие мысленно уже распростились со щенком – недотепой, представив его гибнущим под колесами. Но у хозяина лимузина, видимо, не было желания пачкать и царапать дорогую машину.
Открылась дверь, и бритоголовый охранник в черном костюме, напугавший Чижика минуту назад, выскочил, чтобы отогнать рыжего нарушителя.
– Кыш! А ну, пошел! – злобный телохранитель топнул ногой перед испуганной мордочкой щенка.
Пес закрыл глаза и жалобно заскулил.
– Возьми его и выбрось на обочину, болван! – уверенный и властный голос из машины видимо принадлежал хозяину.
Пока верзила думал, с какой стороны взять грязное и мокрое животное, из открытой двери автомобиля выскочила девочка. Прошмыгнув под носом у охранника, она подхватила щенка и обняла его обеими руками, крепко прижав к себе.
– Дай сюда! – растерянно произнес громила, протянув растопыренную пятерню.
Но девочка лишь сильнее прижала собаку, вонзив в охранника презрительный взгляд. В ее больших голубых глазах читалась решимость и несгибаемая воля.
– Идиот! – послышался из машины недовольный голос хозяина. – Ничего по уму не можешь сделать! Давай их обоих в машину, тупица, потом будем разбираться.
Верзила сгреб в охапку девочку вместе со щенком и понес к машине. На дороге тем временем уже царил полный хаос. Еще несколько автомобилей задели друг друга, пытаясь объехать затор, и вместо этого окончательно парализовали движение. Остальные водители, неожиданно оказавшись в капкане, сигналили и кричали в открытые окна, добавляя ситуации драматизма и безысходности.
Мальчуган, так и стоял, замерев в нескольких шагах от лимузина и наблюдая всю картину.
– Ну, чего уставился, сопляк!? – охранник, вызвавший недовольство своего господина, искал на ком отыграться.
Слова, как ушат холодной воды, вырвали Чижика из оцепенения.
– Дяденька, помогите сироте на хлеб – дайте, сколько не жалко… – невпопад выпалил мальчишка заученную фразу.
– Иди сюда, дам… – ответил верзила, с трудом запихивая упирающуюся девочку в машину.
Наивный малец и вправду подошел, протягивая ладонь. Охранник от удивления на секунду остолбенел. Затем развернул ребенка на сто восемьдесят градусов и сильно пнул ногой под зад, весело прикрикнув:
– Догоню, еще дам!
Мальчик пробежал по инерции несколько шагов, затем споткнулся и упал, потерявшись из виду среди железа и клубов выхлопных газов. Громила быстро нырнул в чрево лимузина, и уже через мгновенье машина сорвалась с места, оставляя позади себя неразбериху и хаос.
Водители продолжали ругаться, забыв, кто и что было причиной создавшейся суматохи. Спешащие пешеходы опасливо оглядывались на толчею перед светофором, но быстро теряли интерес, спеша поскорее укрыться от сырости и ветра. И никому не было дела до ребенка, ударившегося головой о бампер грузовика и лежащего на асфальте, под холодным осенним дождем, среди рокочущего железа.
