– Ещё какая уверена! – воскликнула Лорен. – Я соскучилась по настоящим поездкам. В столице только и делаешь, что катаешься в каретах по мощёным дорогам. А тут будут поля, леса, горные тропы…
– И романтические остановки на ночлег под звёздами, – добавила Амели с лукавой улыбкой. – Как мило.
Лорен покраснела, но не стала отрицать.
Около одиннадцати утра к нашему дому подъехал Этьен в сопровождении небольшого отряда – четырёх хорошо вооружённых всадников, которые должны были обеспечивать безопасность в пути. Сам Этьен выглядел отдохнувшим и готовым к приключениям.
– Готова к великому путешествию? – спросил он Лорен, спешиваясь у нашего крыльца и снимая широкополую шляпу с пером.
– Более чем готова, – ответила она, и я заметила, как её глаза тотчас загорелись особым светом, стоило ей только увидеть мужа.
Они смотрели друг на друга с такой нежностью, что у меня защемило сердце – но не от грусти, а от радости за них. То, как Этьен бережно взял руку Лорен, помогая ей спуститься по ступенькам, как она доверчиво опёрлась на его плечо, как их пальцы переплелись и больше не расцеплялись – всё это говорило о том, что между ними действительно расцветает настоящая любовь.
– Лейна Элизабет, – обратился ко мне Этьен, – обещаю, что позабочусь о Лорен как о самом драгоценном сокровище.
– Я не сомневаюсь в этом, – ответила я, и действительно не сомневалась. В его взгляде, когда он смотрел на мою дочь, читалось такое обожание, что все мои материнские страхи отступили.
Вскоре к дому подвели лошадей – прекрасных скакунов с лоснящимися боками и богатой сбруей. Для Лорен приготовили ее любимца Грома, который судя по нервно подрагивающим ушам, заскучал в конюшне. А сам Этьен должен был ехать на великолепном вороном жеребце.
Вещей с собой они брали совсем немного – только самое необходимое для четырёхдневной поездки верхом. Основной багаж, включая платья Лорен и парадные костюмы Этьена, должен был быть доставлен к побережью отдельно, в специальных повозках.
Но вот пришло время прощания. Сначала Лорен подошла к Амели, и они крепко обнялись. Я видела, как младшая дочь изо всех сил старается не расплакаться.
– Не скучай сильно, – тихо сказала Лорен, гладя сестру по волосам. – Месяц пролетит быстро.
– Я буду скучать ужасно, – честно призналась Амели. – Но я рада за тебя.
– Амели, – понизила голос Лорен, так что я едва расслышала её слова, – долго не терзай Рейнара. Я вижу, как ты тоскуешь. Если любишь его, то соглашайся на свадьбу. Жизнь коротка, чтобы тратить её на сомнения.
Амели кивнула, не доверяя своему голосу, и ещё крепче обняла сестру.
Затем Лорен подошла ко мне и Хэмонду.
– Спасибо тебе, – сказала она Хэмонду, – за то, что принял нас в свою семью, за защиту, за то, что стал нам настоящим отцом.
– Ты моя дочь, – просто ответил он, обнимая её. – И будешь ей всегда, где бы ни была.
Меня она обняла последней, и мне пришлось собрать всю свою волю, чтобы не расплакаться.
– Будь счастлива, дорогая, – прошептала я ей на ухо. – И помни – ты всегда можешь вернуться домой.
– Я буду писать, – пообещала Лорен. – Обязательно буду писать.
Наконец, она подошла к Роберту, который стоял чуть в стороне, явно переживая расставание с сестрой не меньше нашего.
– Берт, – сказала она, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его в щёку, – та девушка, с которой ты познакомился у Этьена, очень мила. И умна. И красива. Вы будете прекрасной парой, если ты не будешь слишком застенчивым.
– Лорен! – возмутился Роберт, но я заметила, как его глаза засияли при упоминании лейны Эйлины.
– Что? Я говорю правду, – засмеялась Лорен. – Пригласи её на прогулку, покажи поместье, расскажи о своих планах. Уверена, она будет восхищена.
Этьен тем временем прощался с нашими мужчинами, обмениваясь крепкими рукопожатиями и обещаниями регулярной переписки.
Когда все прощания были закончены, молодожёны сели на лошадей. Лорен легко вскочила в седло, явно чувствуя себя в своей стихии.
– До встречи через месяц! – крикнула Лорен, поднимая руку в прощальном жесте. – И не волнуйтесь за нас!
Этьен галантно приподнял шляпу, кланяясь нам с седла, а затем тронул поводья. И небольшая кавалькада двинулась по дороге, ведущей из столицы на запад.
Мы же стояли у крыльца до тех пор, пока всадники не скрылись за поворотом дороги. Только тогда Хэмонд обнял меня за плечи и мягко сказал:
– Пойдём в дом, дорогая. Им предстоит прекрасное путешествие, а нам – подготовка к возвращению в поместье.
Я кивнула, в последний раз взглянув на дорогу, по которой уехала моя старшая дочь. Да, расставание было болезненным, но в глубине души я чувствовала покой. Лорен была счастлива, она была с человеком, который её любил и защищал. А это было самым главным.
В доме мы устроились в гостиной. Амели села у окна с книгой, но я видела, что она не читает, а просто держит том в руках, глядя в пустоту. На её ресницах блестели едва сдерживаемые слёзы.
– Амели, – мягко обратилась я к ней, – думаю, нам тоже пора собираться домой. В поместье тебе будет легче, там много дел, которые отвлекут от грустных мыслей.
