— Нет, я не алкоголик, и такое состояние мне известно именно поэтому. И еще я знаю, что тебе сейчас надо. Полежи минуточку спокойно, — с этими словами Глеб вышел из комнаты.
"Можно подумать, что я могу еще что-то сейчас делать, кроме как спокойно лежать" — вслед ему подумала Лиза. "А хотелось бы… Хотелось бы встать и напинать этой наглой и все знающей харе. Что он возомнил из себя? Ходит-бродит как у себя дома. Кто его впустил? Не ночевал же он здесь!? А если… Дура! Да ты с вечера — бревно, господин дерево, а туда же… Пора лечиться, и лучше у психотерапевта." Для успокоения своих мыслей Лиза обшарила себя рукой и с удовольствием поняла, что ничего на ней не убавилось и не прибавилось. Появился Глеб с чашкой кофе в руках.
— Вот, черный горячий кофе, в меру сладкий, то что приведет тебя в чувство.
— А мы уже на "ты"?
— Давно. Кстати, ты первая перешла, сам бы я не посмел, — при этих словах Глеб, как бы ненароком, только лишь для того, чтобы поставить чашку на стол, отвернулся от Лизы; надо было скрыть смеющиеся глаза и придать своему лицу серьезный вид.
— Что только не сделаешь по пьяни, — выяснять подробности Лизе не хотелось, еще услышишь что-нибудь нелицеприятное, потом доказывай, что ты не верблюд.
— Мудро замечено, — Глеб подошел к Лизе, — Давай я помогу тебе приподняться и подложу под спину подушки. Удобнее будет пить.
Возражать и сопротивляться не было ни сил, ни желания. Только когда, полулежа, она маленькими глотками пила приготовленный Глебом спасительный напиток, Лиза смогла оценить силу и нежность его рук. Без его помощи вряд ли смогла бы она так плавно и почти безболезненно сменить положение своего, остро реагирующего на все изменения, тела. Никогда она еще с таким наслаждением не пила кофе. Руки чуть тряслись, но это было не важно. Важно было только то, что кофе действительно чудодейственным образом возвращал силы и прояснял мысли. Исподлобья Лиза наблюдала за Глебом. Глеб же, в свою очередь, сидя на краю дивана, смотрел на Лизу. Со вчерашнего дня он не мог разгадать ребус, почему его тянет к этой женщине. Понятно, что она старше его, может не на много, но старше. По всей видимости самостоятельная и ни от кого независимая. Но все же ранимая. Иначе как объяснить все случившееся? Мысли путались, ясно было одно, даже сейчас, когда она в достаточно разобранном состоянии, Глебу хотелось прикоснуться к ней и, может даже, защитить от чего-то неведомого. Увидев, что Лиза протягивает ему пустую чашку, спросил:
— Может еще? — но тут же поправился, — Нет, лучше немного попозже.
— И откуда ты все знаешь? — с долей раздражения начала Лиза, — Ты что, брат милосердия?
Глеб засмеялся. Лиза, не поняв причину его смеха, пожала плечами и положила голову на подушки. Глеб, все еще смеясь, пояснил:
— За эти сутки меня уже дважды обозвали братом милосердия.
— Значит, до меня ты успел еще кого-то спасти? И тоже женщину, конечно же. И когда только успел?! — хмыкнув, добавила, — Шустрый мальчик.
— Лиза, — перестал смеяться Глеб, — Со вчерашнего дня я кроме тебя никого не видел и, не буду скрывать, мне это пока что нравится, — увидев расширившиеся глаза Лизы, Глеб быстро попытался объяснить, — Нравится не то, что ты сейчас в таком «болезненном» состоянии, а то, что я вижу именно тебя, разговариваю именно с тобой. Конечно, мне было бы приятней, если бы ты разговаривала со мной, ну если не ласково, то, хотя бы, несколько спокойно…
— И больше ничего? — перебила его Лиза, — Откуда ты вообще взялся? Ты случайно здесь еще не поселился?
От чрезмерного волнения зашумело в голове. Пришлось успокоиться. Потирая виски, Лиза сползла с подушек и приняла горизонтальное положение. Так было полегче. Глеб встал, поправил под головой Лизы подушку и отошел к окну. Лиза сквозь ресницы видела его атлетическую фигуру, мощные плечи и выпирающие из под коротких рукавов мускулы. "Просто Аполлон какой-то, — все еще с раздражением думала Лиза, — Ну и что тебе не нравится? Да ты спасибо должна сказать, что он в очередной раз не оставил тебя в одиночестве со своими проблемами. А ты что делаешь? Да ты просто боишься сознаться самой себе, что он тебе нравится…"
— Глеб, — прервав свои мысли, заговорила Лиза, — А в честь кого тебя так назвали? Уж не в честь ли Шарапова?
Теперь глаза на лоб полезли у Глеба. Соображая, не ослышался ли он, и не веря собственным ушам, мгновение наблюдал за Лизой. Но Лиза продолжала спокойно лежать и смотреть на Глеба умными глазами. Так и не поняв, смеется она над ним или у нее окончательно «заклинило», стал думать, как бы получше ответить.
— Что касается Шарапова, то точно нет, а вот на счет Жеглова…, — при его словах по лицу Лизы промелькнула гамма чувств, глаза закрылись, а щеки чуть заметно покраснели. Догадавшись о ее смятении, Глеб продолжал, — Хотя и в честь Жеглова не могли назвать, я родился немного раньше, чем фильм вышел на экраны. Ну, а если серьезно, дед у меня был Глебом. А тебе не нравится это имя?
— Да нет, — придя в себя от сморозившей глупости, ответила Лиза, — Просто редкое, — чуть помолчав, добавила, — Короткое, но звучное.
