- Как все, наверное, уже знают, утром мистер Снейп применил крайне опасное боевое заклинание против Джеймса Поттера и Сириуса Блэка. Сейчас оба вне опасности, но они были на грани жизни и смерти. С нынешнего дня на территории Хогвартса запрещается применение любых темных заклинаний – за исключением занятий по ЗОТИ и только в исполнении преподавателя.
- А как насчет бытовых заклинаний, сэр, если они используются, чтобы нанести вред? – голос Снейпа дрожал от обиды.
Дамблдор жестом заставил его замолчать.
- Минус двести очков со Слизерина за применение темного заклинания против группы магов. Кроме того, пятьдесят ударов плетью назначается лично мистеру Снейпу. Экзекуция будет проведена здесь, немедленно – в назидание всем студентам Хогвартса. Как студентам, так и персоналу запрещается оказывать мистеру Снейпу помощь магическими способами.
Снейп злобно сощурился, но промолчал. Зато Лили, казалось, не верила своим ушам.
- Но, сэр... ведь он же защищался... Поттер первый напал, я видела... И он использовал боевое заклинание... Да он чуть не сжег Северуса вместе с мантией!
- Не существует оправданий для использования темной магии! Не разочаровывайте меня, мисс Эванс, иначе с Вас тоже будут сняты штрафные очки. Филч! Можно начинать.
– Одну минутку, – прозвучал мягкий голос. – По пятьдесят баллов Слизерину за изобретение каждого нового заклинания – режущего и исцеляющего. По пятьдесят баллов за каждое успешное применение исцеляющего заклинания. И минус 100 баллов мистеру Поттеру за грубые нарушения дуэльного кодекса магов – нападение со спины без предварительного вызова на дуэль. Поведение, совершенно недостойное гриффиндорца.
- Профессор Дивангард, – еще мягче отозвался Дамблдор, – будьте любезны зайти ко мне в кабинет по окончании экзекуции.
Северус мрачно подумал, что прихорашивался вчера напрасно. Стоило стараться, чтобы попасть под заклинание Поттера, а потом раздеваться для порки. Он хмуро наблюдал, как Филч с помощью нескольких эльфов вытаскивает одну из лавок на середину зала. Но Лили что-то сказала ему вполголоса – и он спокойно скинул казенную мантию, отдал ее Лили и прошел к лавке. Некоторые первоклашки плакали от страха. Студенты постарше мрачно молчали. Не то что бы они сочувствовали Снейпу, но в Хогвартсе, в отличие от многих других школ, не были приняты физические наказания. Не было ни подначек со стороны гриффиндорцев, ни выкриков в поддержку Снейпа со стороны Слизерина. Но не все ученики были напуганы. Стройная черноволосая слизеринка протиснулась в первый ряд, чтобы не пропустить ни секунды. Много лет – наверное, с тех пор, как услышала первые легенды о подвигах магов – она мечтала о герое. Об одиночке, ярком и необычном, не принятым обществом, нарушающем запреты. Девочка росла, а героя все не было. А на Снейпа она и вовсе не обращала внимания. Кто он и кто она, богатая невеста из древнейшего рода? И вдруг – новое боевое заклинание, конечно, из темнейших! Беспощадная магическая драка, из которой он вышел победителем! Жестокое наказание! Никому еще не удавалось так ее поразить. Как жаль, что ее не было в коридоре во время драки, уж она бы там развернулась! Ну ничего, она еще будет драться на его стороне! Плеть оставляла на коже Снейпа красные рубцы один за другим. Ничего более волнующего она в жизни не видела. Снейп терпел боль, не издавая ни звука. О да, она не ошиблась в нем – ее герой должен вести себя именно так. Ослепительно белая кожа... ослепительно черные волосы... Может, у него в роду были вампиры? Она отобьет его у гриффиндорки и будет оставлять на его коже совсем другие следы – засосы и царапины. Беллатриса прижала руки к груди и смотрела, смотрела во все глаза... Все когда-нибудь кончается, кончилась наконец и порка. Эльфы начали накрывать столы к обеду, но многим резко расхотелось есть, и они потянулись к выходу. Снейп с трудом поднялся с лавки и тоже поплелся в сторону дверей. Впереди мелькнули рыжие кудри, он вспомнил, что оставил мантию Лили, и двинулся к ней. Студенты расступались перед ним. Ни один слизеринец, не говоря уже о прочих, не спросил «Как ты, Сев?», «Больно было?», «Чем ты их порезал? Покажешь?» Ни одна сволочь не спросила. Хотя он был бы рад любой, самой ерундовой поддержке. Наплевать на них. На всех. Потому что солнышко его жизни уже коснулось его и начало говорить за троих.
- Как ты? Очень больно? Держи. Не одевай пока. Пойдем в больничное крыло.
- На кой ляд мне больничное крыло! – Северус сдвинул черные брови. – Я еще жив! И там, наверное, эти два недоделка – нежатся до сих пор.
- У меня есть магловская мазь для заживления ран. Она и обезболивает неплохо. Если ты переселишься в больничное крыло на время подготовки к последнему экзамену, я смогу приходить к тебе туда. Не хочу каждый день ломиться в слизеринский подвал. Я помню про запрет на магическую помощь, но уж койку-то Помфри тебе выделит?
- Каждый день?
- Даже дважды в день – ее надо наносить утром и вечером.
- Я и сам могу намазаться, если ты мне ее дашь.
