В душе Неспящего стремительно росло раздражение – подобных Колетт он попросту на дух не переносил, и при случае сразу бил такой публике морду, но тут дело выходило не простое. На счастье, парень довольно быстро нашел, куда именно выплеснуть негатив – недалеко от общежития другая горничная выбивала ковер. Андрей подошел, предельно вежливо попросил выбивалку, после чего в течение получаса так отходил элемент декора, что тот лишь чудом не развалился! Девушка наблюдала за этим с круглыми глазами, а когда молодой человек выдохся, робко произнесла:
- С… спасибо. А вы… можете… помочь…
- Отнести? Легко. Куда? – мрачно выдал Шаман в ответ, отдавая выбивалку и начиная скатывать ковер.
- Я покажу.
Тащить поклажу пришлось на третий этаж. И вот, когда ковер был водворен в угол, где-то неподалеку раздался визгливый голос Колетт:
- Дура! Безрукая уродка! Неумеха! Как тебя вообще здесь держат?!
Унявшееся было раздражение стража мгновенно вспыхнуло вновь и поднялось на новую высоту! Вылетев в коридор, парень почти сразу нашел нужную комнату и пару раз хорошенько приложил ногой по двери. Та почти сразу распахнулась, и на пороге показалась горничная с заплаканным лицом, на щеке которой алел след от удара. Отстранив ее, Шаман буквально ворвался внутрь! Колетт и пикнуть не успела, как рука Неспящего схватила ее за горло, и буквально пронеся над полом, хорошенько припечатала спиной об стену!
- Ну все, дрянь! Ты вывела меня из себя! – прорычал Савьюр. – Нравиться играть с чужими жизнями?! Издеваться над слабыми?! А может теперь сама побудешь на их месте?!
- Как ты смеешь?! – завизжала девица. – Отпусти меня! Я все расскажу отцу и тогда…
-
Пальцы стража сжались сильнее. Колетт хотела было что-то вякнуть в ответ, но слова застряли у нее в горле,… ибо глаза, смотрящие на нее, не были глазами человека! Зрачки, радужка, белки – все растворилось в однородном тускло и жутко сиявшем фиолетовом цвете, явно не принадлежавшем этому миру! Но вот по центру яблок медленно пролегли узкие вертикальные полосы, словно проведенные невидимым ножом, которые затем чуть раздались в стороны, буквально «нарисовав» новые зрачки и сформировав совершенно другой взгляд, который ввинчивался в сознание и саму душу, срывая все покровы и вытаскивая напоказ все совершенные дела.
-
Горничная, до этого момента стоявшая у порога и с изумлением (и даже испугом) наблюдавшая за разворачивающимся действием, наконец пришла в себя и попыталась вмешаться:
- Прошу вас, месье, отпустите ее! Вы не знаете…
-
-
- Н… н-не… н-н-на-а-д-до-о… – кое-как просипела Колетт, дрожа как осиновый лист.
-
Рука стража начала медленно сжиматься. Девушка задергалась, но вырваться из этой хватки было невозможно. Воздуха становилась все меньше, в глазах стало темнеть… а очи молодого человека, наоборот разгорались все ярче, становились больше… Лиловый свет начал расползаться за их пределы, замерцали сосуды по сторонам глазниц… Два жутких, сплюснутых солнца безучастно взирали на провинившуюся, становясь все больше и больше…
- Стойте! – в комнату вихрем ворвалась Мион. Схватив Неспящего за руку, она попыталась разжать его пальцы. – Прекратите! Немедленно! Вы задушите ее! Не нужно ломать себе жизнь! Вы же… не убийца!