Шраму снилась сущая галиматья! Неясные образы, места и, вроде бы даже времена сменяли друг друга с невероятной быстротой, так что подсознание даже не успевало их зафиксировать. Но хуже всего – молчала хозяйка кольца с клевером! Каждую ночь лидер стражей надевал его, в надежде получить еще какую-нибудь подсказку или хотя бы коротенькую весточку, но все было без толку.
Вдруг одно видение одним махом вытеснило все остальные и полностью заняло сознание парня! Это была комната, обставленная в старинном стиле, с высокими арочными окнами, сейчас скрытыми тяжелыми шторами. У дальней стены помещения стоял широкий стол, на котором располагался большой хрустальный шар, вроде тех, что используют всякие гадалки. Рядом с ним в кресле с высокой спинкой сидела девочка с длинными черными волосами и ярко раскрашенной маске, которую Неспящий уже раз видел во сне, года полтора назад*. Ее тонкие пальцы с невероятной скоростью тасовали колоду карт.
Вдруг она резко прекратила свое занятие и взглянула прямо на стража. В прорезях маски таинственно сверкнули две синие искорки.
- Вовремя – коротко произнесла она. – Расклад наконец-то сложился, и теперь я могу огласить вторую часть твоего предсказания! Слушай же:
И не успел Данковский спросить, что же это может значить, как кто-то принялся настойчиво трясти его за плечо. Вздрогнув, парень открыл глаза.
Дом утопал в темноте, и то скудное освещение, что проникало с улицы сквозь древесные кроны, не могло ее разогнать. Над лидером склонился Шаман в наушниках. Не успел тот и рта раскрыть, как в его сознании коротко раздалось:
«Началось!»
Шрам только кивнул и на всякий случай проверил, надежно ли защищены его собственные уши. Помятуя прошлый случай, к следующему возможному инциденту Неспящие подготовились основательно – попеременно несли вахту, бдительно контролируя ближайшие окрестности на наличие подозрительных аур, а также не расставались с наушниками.
Протерев глаза и плеснув в лицо водой, Игнат присоединился к друзьям, которые уже сидели в столовой наготове, с оружием в руках.
«Значит так!» – раздался у всех в головах голос Шамана. – «Действуем, как договорились: сейчас выходим, занимаем места и наблюдаем. Работать начнем, как только публика станет расходиться, не раньше»!
Все лишь согласно кивнули.
«Тогда погнали!» – скомандовал Шрам, закрепляя ножны с клинками.
После этих слов, Крот быстро отомкнул задвижки и распахнул окно во всю ширь. Едва в комнату ворвался прохладный ночной воздух, Горын вышел в коридор, но практически сразу вернулся, неся в руках импровизированный штурмовой мостик, заранее сколоченный из досок. Через минуту конструкция удобно улеглась на ограду и друзья, один за другим выбрались на территорию пансиона (правда, под Семеном мостик угрожающе прогнулся, но все-таки выдержал).
То, что творилось вокруг, было одновременно фантастичным и жутким. Окрестности заливал яркий свет багровой луны, висящей настолько низко, что казалось, она вот-вот рухнет с небес. Охранницы пансиона валялись кто где безо всякого движения и казались мертвыми, а вокруг шныряли различные монстры… или, точнее, не шныряли, а целенаправленно и дисциплинированно шествовали по направлению к старой школе! Оборотни с оскалом до ушей шлепали на задних лапах, сверху то и дело сыпались стаи летучих мышей, превращавшиеся в вампиров, прямо сквозь стены просачивались призраки, а в небесах кружилась целая стая разномастных крылатых тварей, образуя громадную воронку, от которой периодически отваливались группы, занимавшие места на крышах и деревьях.
На Неспящих, равно как и на бесчувственных женщин, никто не обращал ни малейшего внимания, так что друзья осторожно двинулись вслед за почтеннейшей публикой, но минут через десять вынуждены были остановиться – старая школа была окружена не менее чем двухтысячной толпой, пробраться через которую не было ни малейшей возможности. Присутствующие стояли ровными рядами, словно заправские зрители, и, поворотив лица, морды и рыла к зданию, зачарованно внимали концерту. Запалу тут же стало любопытно, что именно слышит нечисть и он осторожно приподнял один из наушников. В тот миг в его ухо ворвались резкие и даже визгливые трели скрипки, от которых у Неспящего начало разгораться раздражение, но через секунду в них вплелся такой нежный и мелодичный голос, что весь негатив парня мгновенно сдулся, и ему отчего-то захотелось сладко вздремнуть под ближайшим кустом. Правда, еще через мгновенье в лоб Михайлова прилетел увесистый щелбан, и в голове у него малость прояснилось!
«Ну-ка, приди в себя! И наушники поправь!» – раздалось в сознании строгое напутствие Горына. – «Или забыл, что с любопытной кошкой стало?»
