Ответом стала самая натуральная звуковая атака! Пронзительные вой, визг и звон обрушились на Неспящих, буквально оглушая их, расфокусируя зрение и заставляя голову раскалываться от боли. Но что хуже – сквозь эту какофонию, медленно, но верно пробивался мотив… и узнал его, как ни странно, именно Запал!
- Зараза! Она восстанавливается! – заорал он. Наушники уже давно были сброшены, так что «ирокеза» услышали все. – Если она сыграет мелодию, нам… всем хана!
Андрей вновь схватился за пистолет, но на сей раз пули пропали впустую – Черный Герб не терял времени даром и успел собрать новый щит. Тогда в дело снова вступил Шрам. Тяжелая пуля из его револьвера оказалась куда более эффективной – в барьере из переплетенных черных струн появилось отверстие,… вот только за первым щитом неожиданно оказался еще один в котором кусочек свинца благополучно и застрял. А мелодия становилась все более четкой…
Еще пара минут и будет поздно!
И вдруг практически над самым ухом лидера стражей громко раздалось:
- В сторону!
Игнат послушно отскочил (или точнее отвалился, настолько ему было хреново!), и в следующий миг по классу загуляло эхо выстрелов! Стоявшая в дверях Мион одним махом высадила весь магазин укороченного пистолета-пулемета МР-5 и полезла в карман фартука за запасным… правда через мгновенье, с подачи Шрама, вынужденно брякнулась на пятую точку – и вовремя, ибо в следующий миг через то место, где стояла горничная, пролетело больше четырех десятков пик!
И тут неожиданно в дело вступил Семен! Шатаясь, он сдернул с себя спецовку, захлестнул ею вражеское оружие и что было силы дернул! Скрипка, конечно, постаралась прицепиться к потолку поосновательнее, но силу здоровяка явно недооценила и, выдрав кусок перекрытия, птичкой прилетела прямо практически под ноги Горына! Черные струны взметнулись, грозя разрезать стража на кусочки, но тут к Черному Гербу подлетел Крот и с размаху вонзил в скрипку свой меч! Вой, который издала проклятая вещь, заставил осыпаться остатки штукатурки со стен и вторично оглушил стражей! Черный Герб задергался, пытаясь выдрать оружие, но именно в этот момент поднявшийся на ноги Семен плашмя обрушил на рукоять свою секиру, вколотив клеймор в пол, словно гигантский гвоздь! Скрипка треснула сверху донизу, из нее хлынул целый поток мерзкой жижи,… а потом инструмент вдруг скукожился и с негромким хрустом развалился на несколько частей, а все струны обратились в пыль.
- Ну, вот и все – пробормотал Шаман, стирая кровь из-под носа (он был единственным, кто кроме Крота остался стоять на ногах и выглядел более-менее нормально). – Теперь нужно сжечь этот мусор, а пепел развеять по ветру… ну и проследить, чтобы никто им не надышался!
- Сделаем – громко произнес Шрам, медленно поднимаясь с пола. – Спасибо… ты вовремя – добавил он, наклоняясь, чтобы подать руку Мион.
- Пожалуйста – вежливо ответила та, после секундных колебаний, принимая помощь. – Пришла бы раньше, но… Госпожа?! Госпожа что с вами?! – она бросилась к лежавшей без чувств Жанне. – Госпожа, пожалуйста, очнитесь!
Веки девочки дрогнули. Она медленно открыла глаза, и, увидев Мион, слабо улыбнулась ей.
- Госпожа… – главная горничная осторожно приподняла голову хозяйки. – С вами все в порядке? Нигде не болит?! Встать сможете?
На первых два вопроса Жанна тихо покачала головой, на третий же утвердительно кивнула. Затем ее взгляд переместился на Неспящих. Студентка вздрогнула и заметно побледнела.
- Не бойтесь, госпожа! – Мион слегка погладила ее по руке. – Они ничего вам не сделают. Они… помогли вам… А глаза… просто постарайтесь не обращать на них внимания.
Молодая хозяйка через силу кивнула… и вдруг вздрогнула и протянула руку в сторону лежавшей на полу Жозефины. Из ее горла вырвались какие-то глухие звуки, в которых угадывалось крайняя степень волнения.
- Не бойся. Сейчас проверю – произнес Данковский, опускаясь рядом с девушкой. Он профессионально нашарил пульс, убедился, что несчастная жива и принялся осторожно трясти ее за плечо. – Давай родная, просыпайся! Мы тебя в комнату проводим, там и поспишь.
Жозефина слабо застонала и открыла глаза.
- Ох,… где я? – тихо пробормотала она. – Почему… так темно… и холодно? И… и-икх… – последний звук студентка издала, едва узрев светящиеся глаза Шрама и остальных Неспящих,… после чего благополучно вырубилась вновь!
- М-да… переволновалась – философски заметил Крот. – Не буди ее.
- Не… буду – пробормотал лидер, только сейчас заметив то, на что до этого не обращал внимания.
Из-за ворота форменного платья Жозефины выпала цепочка с кулоном в виде половинки луны, причем на ее «отрезе» располагался небольшой прямоугольный выступ, намекающий, что кулон должен быть с чем-то соединен! И вдруг в сознании Шрама неожиданно четко всплыли события прошлой весны!
Подземелья под Питером… Логово харшаров… спасение пленниц… Мадлен… Да, точно! Она же носила точно такой же кулон, но без выступа и диаметрально противоположный по форме! Может ли быть, что…
