- Народ! – коротко выдохнул Горын. – Вы тоже видите
- Да уж… забудешь такое! – кивнул Шрам. – Последний вечер Гришки Распутина… скоро уже четыре года, как…
Занимая все пространство стекла, со снимка на друзей смотрел старинный перстень с изображенной на нем латинской буквой «L», в обрамлении шипастых лоз*!
Встав из-за стола, мать-настоятельница неодобрительно покачала головой.
- Сестра Эмилия… я же вроде предупреждала тебя, что любопытство – это грех! Особенно в
Стоявшая на коленях молоденькая монахиня задрожала. Вуаль с ее головы была снята, а руки крепко связаны за спиной. Ее подруга находилась рядом, в таком же положении. Каждую стерегли по две монахини.
- Что ж, сестры! – нарочито тяжко вздохнула старшая. – Похоже, сегодня мы вновь нарушим парочку заповедей,… но это же такая мелочь, верно?
Присутствовавшие в комнате монахини активно закивали. Из-под вуалей послышалось быстрое прерывистое сопение и какой-то странный присвист.
- Что ж, тогда…
Мать-настоятельница не договорила – на столе ожил телефон.
- Слушаю – подняла она трубку. – Это вы, доктор? Да… да, конечно,… мы поможем. Для нас это совсем не трудно. Да, ждем.
Кивнув в такт своим мыслям, монахиня положила трубку, а затем перевела взгляд на девушек.
- Ну что ж, сестра Эмилия,… похоже, твое наказание откладывается на некоторое время. Для тебя появилась работа,… но не думай, что я забуду обо всем! Рано или поздно, надобность в тебе отпадет и тогда… – не договорив, она махнула рукой. – Уведите! Ах, да… обет можешь больше не соблюдать… незачем…
К первой цели своего ночного вояжа, стражи подошли, когда небо уже подернулось чернотой. Пропустив парочку припозднившихся автомобилей, парни внимательно осмотрелись, и лишь убедившись, что никаких засад и прочих подлых сюрпризов нет, направились к воротам.
- Все всё помнят? – коротко поинтересовался Шрам.
- Угу! – ответил Шаман. – Момент, командир… дай-ка мне чуток похулиганить!
- В смысле?
- Ну, вы же говорили, что над входом вроде бы есть камера? Так я ее сейчас и… того – с этими словами Андрей выудил из кармана свежевырезанную рогатку!
- Так это и есть… твоя «тонкая работа»? – фыркнул Запал. – А я-то думал…
- Тихо! – шикнул лидер.
Осторожно выглянув из-за столба ограды, Шаман почти сразу увидел мерцающий красный огонек над входом. Порывшись в кармане, парень выудил шарик от подшипника и, улучив момент, резко вывернул к воротам и пальнул! Издалека раздался приглушенный треск, и огонек погас.
- Сема.
Тому дважды повторять было не нужно – здоровяк взялся за решетчатую калитку и, слегка дернув, легко вырвал замок вместе с личиной. Подождав, пока все зайдут, аккуратно притворил створку – «светиться» до поры в планы Неспящих не входило.
Вот и входные двери. Створки плотно заперты, во всем здании темнота.
- Сема – коротко попросил Андрей. – А ну-ка постучи! По серьезному… тут не до сантиментов.
При этом в его руке, как по волшебству появился пистолет.
- Шаман, ты чего это? – подозрительно произнес Шрам. – Не вздумай!
Андрей качнул пальцем и перехватил оружие за затвор.
- Не боись, шуметь не буду!
В этот момент Горын от души врезал по дверям. Створки выгнуло внутрь, замок перекосило, но те все-таки открылись. Сразу же за ними обнаружился донельзя удивленный смотритель – как видно он шел проверить, почему вышла из строя камера,… а тут такое! Но, прежде чем он успел среагировать, рядом оказался Шаман и с размаху врезал импровизированным кастетом ему в висок! Мужик рухнул как срубленное дерево.
-
- Шаман, ты че творишь?! – подлетел к нему Шрам. – Его же Крот должен был…
Однако Савьюр резко махнул рукой, призывая к молчанию, и повернулся остальным стражам.
-
- Э-э… да – несколько запоздало откликнулся Запал. Приказной тон Шамана несколько обескуражил.
-
- Да, есть.
-
И не успел здоровяк открыть рот, для уточнения добавил:
-
«Шрам, давай за ним! А мы сделаем, как сказано» – мысленно произнес Крот. А вслух добавил:
- Так, парни, давайте-ка поспешим, а то как бы эта зараза не сбежала!
Поняв, что дело вновь принимает непредсказуемый оборот, Данковский кинулся вслед за Савьюром. Тот уже стоял в конце коридора перед еще одной металлической дверью и медленно вращал в руках пистолеты. Взгляд стража, невидимый из-за очков, похоже, был направлен в одну точку, а сам он, судя по всему, к чему-то прислушивался.
