Разумовские между собой действительно были очень похожи. Но лишь поверхностно. Уже второго взгляда было достаточно, чтобы отметить ряд различий. Наверное, Ева тоже слегка опешила при знакомстве со старшим и даже слегка испугалась факту такой схожести. Но вскоре успокоилась. Роман был на добрых сантиметров десять выше, с более заостренными чертами лица и менее массивной комплекцией. Хотя плечи его и отличались широтой, как у Руслана, он был более худощавого типа телосложения. И в нем отсутствовала импульсивность, вспыльчивость, необдуманность. Ощущение, что этот мужчина даже дышит с определенным расчетом, и у него всё под контролем. В общем, Роман Разумовский — это эталон влиятельного и уравновешенного бизнесмена, настоящего интеллигента и светского человека. Что его еще раз отличает от младшего отпрыска, который такими добродетелями не обладает.
— Нет, не близнецы, — резюмировала, дыша огнем на Романа.
— А что такое? — подал голос Руслан.
К сожалению, очень зря.
Элиза обратила взор на них…и только сейчас заметила, как весьма однозначно он прижимает к себе Еву. Раскрыла рот в ошеломлении. Снова — на Романа, затем — на влюбленных.
— Так это он? — кивком головы на насторожившегося парня. — Ну ни х*ра себе…разрыв шаблонов. Значит, тебе я обязана переворотом в нашей семье?! Не того «отблагодарила»?.. Что ты сделал с Евой? Как заставил докатиться до всего… Не могла она добровольно…
— Элиза! — пришла в себя Ева, мечущаяся между чувством стыда и накрывшим приступом смеха. — Прекрати!
— Можно узнать, в чем дело? — Роман приблизился к журнальному столу и удостоился уничтожающего взгляда в очередной раз, хотя его это никак не тронуло.
— Познакомьтесь. Моя младшая сестра Элиза. Родная.
Нет, всё-таки надо было увековечить это выражение лица. Разумовский-старший был неописуем в этом своём неподдельном потрясении. Которому вторил и Руслан. Оба прошлись по воительнице, неосознанно сравнивая ту с Евой. То есть, занимались тем же, чем и сама Элиза минутой ранее. И если родство братьев не нуждалось в подтверждении, то между сестрами явно…была пропасть отличий, вызывающая вопросы.
— Рад знакомству, — воспитание Романа поражало, даже после радужного «приема» он не изменял своему амплуа.
— А я — нет! — огрызнулась в ответ девушка, буквально рявкнув.
Когда она двинулась в сторону младшего, Ева выступила вперед, преграждая ей путь, а потом взяла за руку и с мольбой произнесла:
— Пойдем поговорим?
Элиза рвано выдохнула, выдавая всю злость. Но не возразила.
— Дай ему аптечку, — обратилась девушка к Руслану, указывая на пострадавшего и одновременно выводя сестру из комнаты.
Сзади послушался приглушенный смешок, но Ева поспешила запихнуть свою любимую кровинушку в спальню и запереть дверь, пока она не вознамерилась выяснить, кому там приспичило веселиться. Та скрестила руки на груди, выпятив подбородок. Обида мощными волнами вибрировала в ней и была столь явственной, что становилось не по себе.
Девушка медленно подошла к сестре и подняла руки, приглаживая растрепавшиеся роскошные волосы, черным шелком обрамляющие щеки, плечи и спину до самого копчика.
— Моя красивая, — как в детстве, — любимая, хорошая…
— Ева, ну как ты могла мне не рассказать? — чуть ли не плача. — Почему я узнаю со всеми наравне?!
— Прости…
Обе замерли, пытливо глядя друг другу в глаза.
— История не повторится? — голос Элизы был несвойственно тусклым и обеспокоенным.
Ева приобняла её, и они опустились на край кровати. А потом начала рассказывать…
Спустя полчаса, которых оказалось безбожно мало, но уже было неприлично оставлять мужчин одних, утихомирившаяся валькирия вместе с сестрой вернулась на место преступления, где приглушенно общались Разумовские. Роман уже привел себя в порядок, хотя следы недавнего нападения, естественно, никуда не исчезли. Но были продезинфицированы. Мало ли, где побывала сумка, которой Элиза его нещадно лупила.
— Апгрейд состоялся? — улыбнулся Руслан, привлекая к себе Еву. — Я тоже рад знакомству. Правда, не ожидал такого «восторга» с твоей стороны…
— Радуйся, что дверь открыл мне не ты, — ехидно сузила глаза та в ответ. — Хотя, брат-то твой посолиднее будет, поэтому я и приняла его за…Евиного…хм…мужчину.
— Давай я пропущу это откровение мимо ушей, и мы начнем дружить? — включил он своё обаяние. — Уверен, Зефирка тебе поведала, какой я классный парень.
— Зефирка?
В ответ на приподнятую в недоумении бровь Ева лишь развела руками.
— Ладно, классный парень, у тебя ещё будет время доказать это. А сейчас мне пора. Мама сотню раз звонила. Уже десять. Пока доберусь…
— Я тоже поеду, ребят, — Роман поднялся, глянув на часы, а потом обратился к Элизе, — могу подвести, если будет заключен пакт о ненападении.
Ева не смогла скрыть своей улыбки. Но она исчезла тут же, стоило сестре открыть рот:
— Со мной опасно оставаться в закрытом пространстве. Не советую. Доберусь сама.
Если это и удивило её собеседника, виду он не подал, внешне оставаясь невозмутимым. Безразлично пожал плечами, любезно со всеми попрощался и ретировался.
— Ни х*я себе…
