– Но я на работе. – Не испугалась, просто констатировала факт.
– На выдуманной должности, – зло напомнил Григорий.
– Хорошо. Где?
Она предлагала себя как товар, как откуп, ни во что не ставя его чувства. В другое время он бы отказался, проявил выдержку, чтобы все было как нужно – по обоюдному согласию, но не желал усмирять свою злость. Пусть будет так, как она хочет. А он получит хотя бы часть того, что желал.
Привез ее в свою квартиру. Макар с няней жили на даче, никто их не побеспокоит.
– Куда? – спросила безразлично.
– В спальню.
Проводил.
Она встала возле кровати и выражением усталости и полного безразличия стала расстегивать блузку.
Григорий растерялся. Неужели и вправду просто ляжет под него? Без эмоций, без желания?
«Я ото всего этого устала».
И он вдруг понял.
Муж ушел, предал ее. И теперь она никому не верит. Ее реакция – это способ найти покой, разобравшись с проблемами. С теми, которые она может решить. И если сейчас он воспользуется ей в таком состоянии, она просто уйдет.
– Стой, – в один шаг он оказался рядом, – подожди. Не надо так.
Тронул ее обнаженное плечо и вдруг понял, что больше ждать не может, не может заставить себя отступить. А если просто дотронется губами до ее шеи? Всего один поцелуй, одно невинное прикосновение, чтобы убедиться в том, что видит, чувствует, желает.
Всего один невинный поцелуй и он ее отпустит.
Она замерла, прикрыла глаза и вдруг тихо спросила:
– Как мне жить дальше?
– Я помогу, – хрипло произнес он. Такая уязвимая, ранимая. Так хочется ее защитить. – Ты не одна. Я рядом…
Она подняла на него отчаянный взгляд, из глаз покатились слезы. Крупные капли скользили по щекам, падали на грудь и исчезали в ткани кружевного бюстгальтера.
Григорий неосознанно дотронулся до ее груди, вытер влажную дорожку, провел пальцами по шее, не сдержался, тронул губами мокрую щеку.
– Прости меня…
И замер, почувствовав, как ее ладонь легла ему на грудь. Невинное прикосновение, а в теле вспыхнул жар. Если она сейчас же его не оттолкнет, он с собой не совладает. Чуть повернула голову, встретившись с его губами, словно пыталась понять, что ей самой нужно.
И он не сдержался, поцеловал. Осторожно, давая ей возможность отступить, но она не отступала, хотя и отвечала неуверенно. И вдруг шепнула в его губы:
– Ты мне нужен…
Это оказалось даже лучше, чем он себе представлял. Самый отменный секс может быть только с той, которую любишь. Все случилось стремительно, но вместе с тем феерично! С одной стороны Григорий понимал – она всего лишь использует его, чтобы забыться, но с другой – с удовольствием стал этим необходимым лекарством, возвращая свою женщину к жизни.
– Я не знала мужчин, кроме Илюхи, – Елена лежала на его руке, расслаблено глядя в потолок. – И теперь поняла, почему он ходил налево. Зря развелась, надо было договориться о свободных отношениях. Потому что это – реальный кайф.
– Шутишь? – Григорий склонился над ней, – Свободные отношения?
– Хотя, – она повернулась к нему, – тогда я не смогла бы. А сейчас могу. Кстати, захочешь еще – зови. Было круто.
Он хотел возмутиться, но понял, что не имеет на это права. Она свободная женщина и вольна делать то, что пожелает. Но от одной мысли, что кто-то другой может ею обладать, в душе закипала ярость. Он смотрел в ее глаза, совсем еще недавно горящие возбуждением, вспоминал ее стоны, ее тело, дрожащее от оргазма, и не мог представить, что кто-то еще будет это видеть.
– Выходи за меня.
– Что? – взмахнула ресницами, удивленно подняла брови.
– Выходи за меня замуж.
– Гриш, – отодвинулась сердито, натянула на себя одеяло, – я только что развелась. Не надо так шутить!
– Я не шучу. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Наверное, сейчас до нее впервые дошло, о чем он говорил все это время. Она замерла, вцепившись в одеяло, растерянно хлопала ресницами и нервно облизывала губы. Он ждал, давая ей возможность все осмыслить и прийти в себя.
– Ты серьезно? – спросила, наконец.
– Даже очень. Я не прошу дать ответ прямо сейчас.
– Ты меня совсем не знаешь…
– Я. Тебя. Люблю. И я знаю, что тебе не безразличен. Так ведь?
Это был очень важный вопрос. Потому как любить он может, а вот она его, может, и нет. Он ждал ответа глядя в глаза, чтобы быть уверенным в правдивости ее слов. Сердце с каждым ударом стучало все громче.
– Да, это так, – ответила она. И вдруг приблизилась к нему – взволнованная, растерянная. – Так вот что это было такое…
– Что? – он даже сглотнул от напряжения.
– Чувства, которых я не понимала, которые гнала, и мне от этого было плохо, потому что я на самом деле ничего такого никогда не испытывала. Вот ведь дура…
– Скажи, – выдохнул он.
– Я… Я не знаю.
Соскользнула с кровати, стала суетливо одеваться. Григорий наблюдал за ней, улыбаясь. Она все осознала. Именно сейчас. Не удивительно, что растерялась. «Никогда не испытывала». Глубоко вздохнул, чувствуя прилив адреналина. Он пробудил в этой женщине то, что не смог бывший муж. Он победил. Окончательно.
– Я отвезу тебя домой?
– Отвези.
