Сегодня их вели другим коридором. Элина не могла отличить один мрачный переход от другого, но у Рэйшена глаз был намётан. Вскоре каменные стены коридоров украсились портьерами и гобеленами, а также портретами каких-то дам и кавалеров. Исчезли светильники, зато появились окна с видом на сад. Периодически пробегали слуги, глазели на Элину с Рэйшеном, иногда хихикали, а иногда отводили взгляд в сторону. Значит, "почётных гостей" привели в жилую часть замка. Да не просто жилую, а ту, где размещался сам король Витерий и, скорее всего, его семья. Иначе откуда эти толпы прислуги?
Их привели в небольшое помещение, похожее на тесно уставленный мебелью кабинет. Посреди кабинета красовался круглый столик, а за ним восседал Витерий.
— Наконец-то, — проворчал король. — Долго ходите.
Элина от возмущения сбилась с шага и — в очередной раз! — наступила себе на подол. Рэйшен не дал ей упасть, но это маленькое происшествие позабавило Витерия. "Какой же он мелочный королишка", — разочарованно подумала Элина.
— Можете идти, — милостиво кивнул король солдатам, и те, чётко развернувшись, вышли. В кабинете сразу стало просторнее. — А вы садитесь. Вот свободные стулья. Рэйшен, поухаживай за своей женщиной. Если умеешь, конечно.
Дроу злобно зыркнул на Витерия. Придворного этикета Рэйшен, конечно, не знал, а от злости и вовсе позабыл о вежливости. Поэтому Элине пришлось самой отставить стул от столика и усесться поудобнее. Стул оказался тяжёлым, поднять его Элина не смогла, поэтому просто протащила по полу с ужасным скрежетом.
Витерий поморщился. Ох уж эти простолюдины! Вроде и неплохие люди, но ведут себя, словно дикари! Ну, почему Рэйшен не отодвинул этот злополучный стул сам!
Дверь кабинета снова отворилась, и вошли стольники и хлебодары, неся блюда, накрытые крышками. Молчаливые слуги экономными движениями накрыли на стол и, поклонившись королю, удалились. Крышки были сняты, нал блюдами вился пар, а еда источала аппетитный аромат. Элина медлила, наблюдая за королём. Она и так опозорилась: вести себя не умеет, одеваться не умеет, ходить не умеет. Ей не хотелось совершать очередную оплошность. Зато оголодавший Рэйшен радостно полез за каким-то куском мяса в одно из блюд. Король тут же осадил его:
— Рэйшен, ты не у бандитского костра. Первым начинаю есть я.
Мстительный дроу с готовностью положил мясо обратно, да так быстро, что соус брызнул во все стороны, обляпав королевский камзол. Ну, или во что там короли одеваются к завтраку? Витерий стиснул челюсти, заставив себя промолчать. Он вытер краем скатерти брызги подливки и положил себе на тарелку тот самый кус мяса, на который целился Рэйшен.
Настроение у Элины испортилось, аппетит пропал. "Вы ещё членами померяйтесь, — мрачно подумала она, — я и так вижу, что вы друг друга на дух не переносите". С едой тоже что-то не заладилось. С правилами придворного этикета ни Элина, ни Рэйшен знакомы не были. Дроу совершенно не смущался, цепляя ножом куски мяса и отправляя их в рот прямо с ножа. Элина пыталась соблюсти приличия, наблюдая за королём: брала тот прибор, которым пользовался Витерий. Он, впрочем, быстро заметил это, и принялся нарочно пускать в ход самые неудобные двузубые вилки и тупые ножи. Поймав насмешливый взгляд Витерия, Элина демонстративно отставила тарелку.
— Сыта? — заботливо уточнил Витерий.
— Да, благодарю, — неприязненно отозвалась Элина.
— Не забывай об этикете, к каждой фразе добавляй…
— Да, адар, — женщине пришлось подпустить лести в голос, чтобы не вызвать королевское неудовольствие.
Витерий принялся расспрашивать Элину о её жизни в Жадвиле. Она отвечала правдиво и ничего не скрывала (ну, почти).
— Так, говоришь, откуда ты родом? — невзначай обронил король. — Только не ври, что с Юга. Рэйшен верно сказал, я неплохо знаю южан, а у тебя даже говор не такой.
Элина напряглась. Она не упоминала, откуда она родом, совершенно точно. Не признаваться же, что она из другого мира. Эдак её точно отправят на виселицу. И уж тем более Рэйшен ничего не рассказывал, потому что слишком занят едой. Про юг они с Рэйшеном говорили наедине, точнее, Элина думала, что наедине. Рэйшен просветил её, что, скорее всего, их подслушивают, но, похоже, это делал сам король! И выглядит он сегодня так, будто пару ночей не спал, вон глаза какие красные, лицо помятое, осунувшееся…
— Я с западного пограничья, адар. Село Примежье. Его сожгли.
Витерий отложил двузубую вилку и впился взглядом в Элинино лицо.
— Западное пограничье, говоришь. И именно из села?
Элина промолчала, только приподняла уголки губ, изображая улыбку. В наступившей тишине Рэйшен со звоном бросил нож на изящную тарелку и вопросил:
— Что ты хочешь от неё, Витерий?
— Правды, Рэйшен. Ты что, веришь, что она сельская баба? Она умеет читать, писать и считать, говорит складно и красиво… В селе научилась? На дикой границе?
— Мои родители постарались дать мне хорошее образование, — сохраняя видимость спокойствия, ответила Элина. — Я всегда была девочкой умной и прилежной, старалась всему научиться, мало ли что пригодится в жизни…
