А вот у нее до сих пор трясутся ноги и руки. И душа все еще не вернулась из пяток. Не-ет, уж кто-кто, а она точно не боевой маг! И никогда им не будет.
— Кстати, — неожиданно спохватился Келдыш. — А у вас до этого случались такие опасные ситуации в ваших… странствиях во сне?
— Однажды в меня хотели плеснуть какой-то гадостью из склянки — мужчина, по виду… по одежде, прическе из средневековья. Наверное, подумал, что вызвал какого-нибудь демона из преисподней… ну, не знаю. А так — нет. А что?
Келдыш похлопал по стене — точно проверяя ее на прочность.
— Хотелось бы выяснить реальную опасность таких снов.
Агата засмеялась — и осеклась под его взглядом. Кажется, Игорь говорил серьезно. Сон — и реальная опасность? Ну разве что получишь инфаркт, если увидишь таких вот существ без… в одиночку.
— А какая?..
— Вы можете просто однажды не проснуться.
— Это как с Пустыней?
— С какой пустыней?
— Ну Пустыня, из которой не возвращаются, вы рассказывали тогда, в клинике…
— Да. Сон про Пустыню для мага очень опасен. Хотя его следует расценивать скорее как предупреждение…
Агата поколебалась — рассказать ли ему о пустыне из своих снов. Не стала. Еще расстроится, опять разругается с кем-нибудь из-за нее. Не факт же, что это именно та Пустыня.
— Ну что, вам, наверное, пора возвращаться? — Келдыш машинально вскинул руку — поглядеть на часы, но часы, видимо, остались дома, в его спальне. — Как, кстати, вы это делаете?
Она пожала плечами.
— Ну… не знаю. Точно так же, как попадаю во все эти… Институты. Просто иду обратно и все. Просыпаюсь.
— Сколько часов вы в ИМФ спите? — настаивал Келдыш. — Кто-то из лаборатории вас будит? Ставят таймер?
Агата смотрела на него с сомнением. Она просто просыпалась — и все. Но, кажется, с каждым разом все позже… Надо будет и правда время засечь.
— А если бы я в этот момент не спал, — продолжал размышлять Игорь, — вы могли бы увидеть меня в своем сне? Или это я сейчас вижу вас — в своем? Да-а… голова кругом… До этого вам являлся кто-нибудь из знакомых в таких снах? Нет? Тогда попробуйте — если, конечно, получится — в следующий раз вызвать кого-нибудь… кто там у нас спит днем?
Ловцы, работающие в ночную смену.
Вампиры.
— Анжелику? — спросила Агата.
Келдыш потер крис и покосился на нее.
— Только не ее. Лучше уж Борьку.
— Почему?
— Она… я ей не доверяю. Настолько неизвестный и непредсказуемый фактор… Боюсь, Климова в любой момент может сорваться.
Совсем как она сама. Келдыш и к ней так же относится. Как… к фактору. Неизвестному и непредсказуемому. Агата быстро отвернулась и шагнула к стене.
— Мортимер… — сказал ей в спину Игорь — как-то очень медленно и лениво.
— А?
— Это действительно сон?
— Да, — буркнула Агата.
— Да?
Она вздрогнула и замерла, когда его пальцы коснулись ее затылка. Погладили, скользнули по шее — и, опережая прикосновение, по спине, по всему телу побежала дрожь.
— Сон… — задумчиво выдохнул ей в затылок Игорь. Горячие ладони легли на ее плечи, легонько сжали; она замерла, боясь повернуться, не зная, что делать. Келдыш просто сам обошел ее, заглянул в лицо. Спросил с сомнением:
— Мы же не отвечаем перед собой за то, что нам снится?
Агата с трудом вздохнула. Глаза у него сейчас стали темными — почти черными. Или это так расширились зрачки? Прикосновение губ было очень осторожным, очень легким — он словно пробовал ее — так пробуют горячую воду, чтобы не обжечься.
— Сон, — пробормотал ей в губы…
…и Агата проснулась.
Огляделась несколько раз, чтобы увериться, что она находится в ИМФ. Вода еще даже не остыла, хотя прошло куда больше часа — наверное, они ее теперь подогревают — и мурашки по телу вовсе не от холода. От сна.
Вернее, от его окончания.
Хотя и начало тоже может вызвать мурашки — правда, совсем по другой причине.
Агата привычно отстегнула датчики, привычно поднялась в ванной, привычно потянулась к полотенцу. И замерла — от совершенно дурацкой (или ужасной?) мысли. Если Келдыш появился в ее сне в той одежде, в какой спал дома, то в чем же была она сама?! Она ведь себя со стороны не видела…
Эхо торопливых шагов.
— Что-то невообразимое! — говорила Осипенко, кружась возле ванны и мешая ей одеваться. — Уровень магии зашкаливает, реципиент отключился — сейчас его в себя приводят. Что произошло? Где ты побывала?
'Что-то невообразимое' относится к вампирам или… Агата открыла рот и поняла, что ничего не расскажет о появлении Келдыша. Потому что невозможно начать рассказывать и скрыть… все остальное. Слишком жирно будет этой Осипенко! Она наклонилась, с трудом натягивая джинсы на распаренные ноги.
— Не знаю. Там развалины каких-то зданий. Лес кругом. А потом из развалин полезли какие-то серые… существа. Они увидели и кинулись на меня. Я проснулась. Вот… — Агата пожала плечами, пытаясь изобразить равнодушие, — и все.
Осипенко смотрела внимательно: кажется, не поверила. Однако Нона только сказала с досадой:
— Нас интересуют действующие институты! Зачем нам какие-то развалины!
— Да, вы уже говорили…
