Это застеклённая с трёх сторон веранда, которую администрация детского дома отдала волонтёрам в полное распоряжение. Она служит нам игровой, кладовкой, швейной и столярной мастерской, раздевалкой и столовой. Человек, впервые попавший в волонтёрскую, может подумать, что это временное пристанище странствующего цирка: на верёвках, протянутых вдоль окон веранды, сушатся детские носки, мочалки и разноцветные покрывала. Здесь же болтаются тросы с крючками, к которым прицеплены разнообразные предметы, от рогатых гимнастических мячей до сачков для ловли бабочек. На подоконниках, скрытых от любопытных глаз ярко-синими в квадратик занавесками, хранятся: набор для волонтёрского обеда (чашки, ложки, тарелки, чай, сахар, овсяные хлопья, изюм и печенье), массивный русско-немецкий/немецко-русский словарь, контейнеры с фасолью, горохом и спиралевидными макаронами (для сенсорного развития детей), ящик с инструментами (Лиза: Кого в детском доме можно попросить починить стул? Таня: Можешь попробовать попросить меня), мешочки с песком для физиотерапевтических целей, две лейки, очередь из игрушечных самосвалов, вереница магнитофонов, коробка с музыкальными дисками, рулон пакетов для мусора и, наконец, аккуратно сложенный синий рабочий халат.
То там, то здесь радует глаз прислонённый к стенке музыкальный инструмент – синтезатор или гитара. Время от времени он с глухим стуком падает.
В игровой стоят четыре шкафа: для одежды, для игрушек и для всего остального (этот шкаф – самый большой и шаткий). По углам высятся башни из упаковок памперсов и коробок с детской кашей.
Большая часть вещей в волонтёрской подписана. Это довольно интересно, потому что одни надписи сделаны сестрой-хозяйкой и указывают на принадлежность предметов, а другие – немцами и обозначают предмет по-русски. Поэтому непосвящённые немного теряются, читая на ящиках комода «носки», «шапки», «брюки», а на мусорном ведре – «волонтёры».
Надо упомянуть ещё пару мелочей: железный крюк для гамака и сам гамак, занимающий полкомнаты, внушительных размеров телевизор, детскую ванночку, пылесос, миниатюрный сухой бассейн с шариками, большущий надувной бассейн для воды, который стоит в волонтёрской в плохую погоду, и мы залезаем в него, как в лодку, – и описание нашей волонтёрской закончено.
Новые слова
Заглотыш – ребёнок, который не умеет жевать.
Корыто – инвалидное кресло.
Игралка – дневное помещение для детей (ночное – спальня).
Телега – 1. Телега, на которой по корпусам развозят еду и бельё.
Немцы – все без исключения волонтёры, потому что до нашего года в детском доме волонтёры были только из Германии.
Мама
Нянечка говорит «сейчас мама тебя переоденет» и переодевает, значит, мама – это нянечка. Потом няня говорит «сейчас мама тебя покормит», а кормит Маша, значит, мама – это и Маша, и вообще та, что заботится.
Ещё мама – это та, что приходит.
– Привет. А ты чья мама?
Мы навещаем ребят в ПНИ. В прошлый раз были с Таней, в этот раз я одна.
– А где другая мама?
Иду по коридору к выходу, со всех сторон машут:
– До свиданья, мама!
Это не значит «моя мама» или «Васина мама». Мама вообще.
Мамой называют, когда не знают, как зовут. Это как «тётя» для домашних детей.
Я пришла к девочке в больницу, сижу у кровати. Она знает, как меня зовут, но после сильных эпилептических приступов многое забыла. Когда ей станет получше, вспомнит.
Встаю, собираясь уходить.
– Мама, посиди…
– Я не мама, я Маша.
– А-а, Маша.
Но когда я через некоторое время снова встаю:
– Мама, посиди.
Вода
В тёмном закутке между игровой и санитарской стоят два бидона с родниковой водой. Темно, не видно, пустые они или
полные. Беру черпак и зачерпываю вслепую. Часто рука легко уходит в пустоту, и я слышу шкрябанье черпака о дно. Но иногда черпак замирает, встречая сопротивление воды, а потом с глухим звуком ныряет и медленно уходит в глубину. Вытаскиваю, наливаю воду в чашку и пью.
При свечах
