– Я тоже. Я впервые на подобном мероприятии, – обрадовалась собеседнику женщина-кейс. Чуть погодя, она шепотом добавила. – Хоть это легкомысленно – целый вечер слушать музыку и ничего не делать, но мне кажется, что здесь не так уж и плохо. Если не обращать внимание на некоторых личностей, – она оглянулась на мужчину-тромбона. Он то и дело что-то выкрикивал. Рядом с ним сидела девушка-треугольник. Её нежный и прозрачный звук освежал и тонул в общем шуме.
После салата и горячего женщина-кейс вдруг совсем распелась и уже не отводила стыдливо взгляд. Мужчина-футляр расхрабрился и пригласил свою новую знакомую на танец.
Скрипка в душе мужчины-футляра наконец обрела немного свободы. Она вторила летящей любовной мелодии джаза, целиком изнутри заполнила мужчину-футляр аккордами несмелых чувств и слышала, как звенят струны скрипки женщины-кейса.
– Вы очень мелодичны!
– Я? Неправда! Я категорически серьезный мужчина. А Вы романтичны.
– Что Вы? Нет, я женщина строгих правил.
И они рассмеялись.
До самого утра мужчина-футляр и женщина-кейс прогуливались по затерянному кварталу. Вдоль по узким улочкам к небу возвышалась мелодия их скрипок-душ.
– Нет, нет. Это нелогичное и бесполезное поведение, – ругал себя мужчина-футляр, крепко упаковывая скрипку глубоко внутрь на следующий день. – Это категорически не соотносится с моими планами. Весь вечер веселился, гулял до утра с незнакомкой и проспал нашу еженедельную встречу с семейной парой Чемоданов! Вроде и в доме всё в порядке, и всего один пункт плана не выполнил, но всё же легкомысленно.
Пришлось наврать Чемоданам, что мужчину-футляр поразил мгновенный вирус новой модификации, и что подготовиться к его нападению было невозможно. Чемоданы вычеркнули мужчину-футляр из своих планов на несколько недель вперед на всякий случай и посоветовали обратиться к врачу. Эх, придется теперь переписывать планы на все эти дни, да еще и врать про несуществующее лечение. Разрушительная ситуация!
Ко всему прочему возникла неконтролируемая бессонница, которая забирала драгоценные часы отдыха. Невыносимая пытка – помнить скрипичную выходку. Человек возвращал мысли к лампе на белом квадрате потолка, метрономом шагал по комнате, покрепче сдавливал футляр и до рассвета шептал родные разуму формулы.
Казалось, скрипка будет заперта навсегда. Но судьба щедра на музыкальные подарки. К тому же скрипке удавалось улучить момент. Нет-нет, исхитрится и напоет мелодию. Когда память знает мотив, всё вокруг напоминает его, подхватывает и повторяет.
– Вы помните эту мелодию? – мужчина-футляр не ожидал увидеть женщину-кейс в своем любимом отделе ежедневников. Она стояла совсем рядом и обращалась к нему. – Я несколько раз Вас здесь замечала. Но вы были слишком погружены в свои мысли.
– Добрый вечер! Возможно, – смутился мужчина-футляр. – Я категорически серьезный человек. Со мной такое случается. А ту мелодию я не вспоминаю – некогда.
– Но Вы же её только что напевали. Ла-ла-ла…, – едва слышно напела женщина-кейс и вопросительно взглянула.
– Быть этого не может!
– Обманывать не в моих правилах. Я женщина строгих правил.
И они рассмеялись.
Как продолжилась эта история? Сначала было нелегко. Когда кругом сплошные сундуки и ящики, то страшно оказаться неквадратным, достать забытый музыкальный инструмент и разрешить ему петь на всю мощь.
Они купили новые ежедневники и отметили «18:00-19:00 Скрипка». Вскоре музыка настолько плотно вошла в график наших героев, что перестала умещаться в одну строчку. К тому же, она не мешала ни сбору пылинок в доме, ни учету домашних ложечек. Постепенно мелодия заполнила дом, вышла за стены и разбросала ноты по крышам окрестных домов.
Возможно, Вам удастся отыскать тот затерянный квартал джаза, хоть наши герои не обнаружили его на карте города.
Они по-прежнему носят футляры по улице и ходят по субботам к семейной паре Чемоданов; по-прежнему ведут ежедневники, превратившиеся в нотную тетрадь. Просто их жизнь стала красивее и легковеснее.
Ах, если бы Вы хоть раз услышали, какие нежные и яркие мелодии способен сыграть дуэт скрипок! Вы никогда не смогли бы забыть эту мелодию.
Об организации КАЭ мне ненавязчиво намекнула мать. Она уже скоро станет старушкой с мягким лицом и седыми волосами, выбивающимися из пучка на затылке, а мне всё кажется, что я молодой. Мать беспокойно искала метод, как помочь наладить мою несуразную жизнь, свернувшую в никуда, и где-то вычитала о КАЭ. Я отмахнулся. Однако моя жизнь не меняла вектор движения, как бы я ни старался свернуть с этого самого никуда. Прошла пара месяцев, и вот я обратился в КАЭ.
Собрания КАЭ проходили в заурядном съемном помещении: офисные стулья, несколько столов вдоль стен, на одном из них – чайник, одноразовые стаканчики, чайные пакетики; в углу – измученный и измалеванный мудростями флипчарт. По телефону меня предупредили, что встречи условно платные. Сразу с порога я обратился к рыжей женщине с серьезным лицом и спросил:
– Куда складывать donation?
