— Шэра оставила меня. Но и это не подействовало. Вместо того, чтобы разобраться с причинами и вернуть ее, я озлобился еще больше. Сейчас-то я понимаю, как тяжело и больно было ей, но тогда… Подруги поддержали ее. Со мной оставался лишь друг, Деврос, вспыльчивый и резкий Хранитель Песка. Он принял мою сторону, осудив Шэру за ее поступок. Тут уж взбунтовалась Лейа, его невеста, — она считала подругу правой. Более того, на сторону Шэры встала Тентара — самая рассудительная и спокойная. Дев психанул, я тоже, и началась война. Мы настолько увлеклись обидами, что забыли о своем предназначении. Из-за буйства стихий страдали люди, но нас это не останавливало. Громм оказался в тяжелом положении. Он не знал, что предпринять. Примирить нас не получалось, образумить тоже. И принять чью-то сторону невозможно — вражда только усилилась бы, а он потерял либо брата, либо невесту. Отчаявшись, Литос сам обратился к Богам. Признал, что не справился, и попросил наказания для себя. Создатели исполнили его желание. Они наказали его, а нас разбросали по Соламу. Но в день наказания Боги дали понять, что все можно исправить. Лишь не сказали как.
Горыныч замолчал. Пару минут молчали и мы, пока Рад не нарушил тишину.
— Получается, нам нужно найти этот способ?
— Думаешь, сможете?
Радмир неуверенно пожал плечами.
— Вот-вот. Дослушай сначала. Разделение произошло много веков назад. Я давно одумался, все осознал, раскаялся и начал искать эту возможность. Ванда помогала мне. И не только она… В общем, мы нашли эту долину. Здесь оставлена подсказка. Слабенькая, но уж лучше, чем ничего.
— Покажешь? — встрепенулся Там. Змей приглашающе махнул лапой и повел нас вглубь пещеры, рассказывая на ходу.
— Сначала я подумал, что это такой вот своеобразный упрек мне. Жестокий, надо сказать, упрек. Я и без этого не нахожу себе места, а тут… Я и пью теперь только ради одного — забыться, только так могу не вспоминать… Но я отвлекся! Вот! Сначала я увидел это.
И Хранитель указал на стену, испещренную рунами от потолка до пола. Вернее, завала камней на полу. Странно, но руны я прочитала так же легко, как и родной алфавит.
— Горькая правда, — сказал Горыныч, когда мы дочитали. — Именно так все и было. Враждовали мы, а страдал весь Солам. Поначалу я решил, что это все, но потом разглядел начало следующей строки. Вот только она была так укрыта камнем, что я не смог извлечь ее. Ванда посоветовала подождать. И я поселился здесь, дабы не упустить ничего. И ждал. Долго ждал. И не зря! Часть стены рухнула сама собой, открыв вот это.
И Змей легко отколупнул часть каменного завала у стены, чтобы мы прочитали продолжение.
— После этого, мы с Помощницей уверились, что на верном пути, и я могу все исправить! А дней одиннадцать назад среди ночи раздался жуткий грохот, и открылись последние строки пророчества.
И еще часть камней сдвигается в сторону могучей лапой.
