— А может в твоем мире его просто варить не умеют. Попробуй это. Просто попробуй сначала! — пресек Там мои протесты. Недоверчиво покосившись на ребят (злорадства вроде не наблюдалось), я сделала небольшой глоток. Ммм! Вот это да! Приятная пряная жидкость не содержала ни следа горечи, имела легкий привкус неведомых трав и, кажется, фруктов и была воистину восхитительным напитком! Ничего общего с тем пойлом, что литрами употребляют в моем мире. На радостях я вылакала почти полкружки, искренне наслаждаясь напитком. Похоже, это заметили.
— Ну как? — слегка улыбаясь поинтересовался Тамирас. Рад заинтересованно наблюдал за мной.
— Великолепно! Никогда бы не подумала, что пиво может быть таким.
— Это морейское, самое лучшее пиво в нашем мире, — радостно улыбнулся Радмир.
— И, похоже, не только в нашем, — поддел Там, приканчивая вторую кружку. — Только ты с ним поаккуратней, оно ж еще и самым крепким считается. Причем заслуженно.
Вот же зараза, не мог раньше предупредить, я ж почти всю кружку уговорила, а она не меньше пол-литра вмещает. Теперь я уже и сама почувствовала приятное расслабление, волнами раскатывающееся по телу, смывающее усталость и ослабляющее ноющую боль в спине и ногах.
— А сам-то! Уже вон третью кружку наливаешь. Не многовато ли?
— А я спиртоустойчивый! — ухмыльнулся Тамирас, в очередной раз опустошая кружку. Радмир нахмурился, но ничего не сказал. — Слушай, а как ты тъекки управляешь? Я всю дорогу голову ломал, но так и не понял.
— Ха, да элементарно! Вы ж мне сами способ подсказали.
— Это когда ж мы успели? — озадачился блондин. — Да и как мы могли подсказать то, чего не знаем сами?
— Пфф! Ну вы тугие, ребята! «Тъекки хорошие телепаты». Радушка, разве не твои слова?
— Мои… Погоди, ты хочешь сказать…
— Ты что, с ней телепатически общалась?! — Там аж про пиво забыл. Оба парня чуть ли не с ужасом уставились на меня.
— Ну, общались — это ты загнул. Я просто мысленно её просила. Отвечать она мне пока не отвечала, но просьбы выполняла исправно, — флегматично пожала плечами я, наливая немного пива в ладонь и предлагая Шурику. Малыш от лакомства не отказался. Какой-то он тихий стал, после последней стоянки его не видно и не слышно. Меня, что ли, боится?
— Кстати о птичках. А коняшки так на улице и будут ночевать? Да и покормить их было бы неплохо.
— Да нет, на ночь их в конюшни поставим, — просветил меня Радмир, слегка отошедший от шока.
— А сразу туда их поставить нельзя было?
— Использовать конюшню имеют право только те, кто остается на ночлег в этом постоялом дворе, для остальных есть коновязь у входа. А у нас кое-кто самый голодный спешил желудок набить и о ночлеге договориться не удосужился.
— Что-то вы сами не о комнатах первых делом позаботились, а о еде! — тут же возмутился Тамирас.
— Потому что о комнатах должен был договориться ты! — на вид брюнет оставался абсолютно спокойным, только сдвинутые брови выражали его недовольство.
— Так это тебе поручалось! — заговорила я одновременно с Радмиром. — К тому же ты у нас главный балабол, вот и используй это хоть раз на пользу обществу!
Наградив нас мрачным взглядом, Тамирас удалился к стойке, за которой возвышался крепкий седовласый мужчина с пышными усами и белозубой улыбкой (а не о нем ли название?…). Там завел с ним беседу, присев на высокий табурет. Уже через минуту они громко что-то обсуждали и смеялись. Удостоверившись, что процесс пошел, мы перестали наблюдать за блондином, полностью положившись на его ораторские способности и любовь к комфорту.
— Рад, а почему когда мы по селу ехали на нас все так пялились? Здесь всех приезжих так встречают?
— Да нет, Таши, дело в нас, — вздохнул Радмир, покручивая полупустую кружку. — А если быть полностью точным — в вас. Тебе и Дымке.
— Эт еще почему? А, ну да, тъекки. Ладно, это понятно. А я-то им чем не угодила?
— Ну… — замялся брюнет. — Как бы тебе сказать… У тебя несколько необычный вид. Местные жительницы в основном брюк не носят. Да и вообще такой одежды, как на тебе, в нашем мире нет.
