Вскоре мы выдвинулись навстречу серебристому пятну. Юджин, хранящий молчание после утреннего спора, поравнялся со мной и некоторое время ехал рядом. Я тоже не рвалась начинать беседу, предоставив Его Светлости самому выбрать тему.
— Кто это? — наконец нарушил он молчание.
— Ты о ком?
— О твоем питомце.
— Шурик-то? Не знаю. Он у ребят появился до того, как я с ними познакомилась, у них и спрашивай.
— А где ты с ними познакомилась?
Не нравится мне это! Вполне ожидаемо, конечно, что герцог начнет задавать вопросы, но почему выкручиваться должна я?!
— Хороший вопрос! И, кстати, отличный повод проверить память некоторых особ! Эй, Тамирас! — подмигнув герцогу, рявкнула я. Да так, что даже Джарра вздрогнула.
— Рехнулась, при-и-икрасная моя? — чуть не сдал меня Там, но вовремя спохватился. — Чего орешь?
— А ты помнишь, как мы познакомились? — сладко пропела я.
— Я?! — блондин недоуменно моргнул, а я усиленно косила ему глазами в сторону герцога. Там мигом повеселел. — Ну, конечно же! Такое не забывается! Но помнишь ли ты, о желудочек моего сердца?
Че-го? Он рехнулся, что ли? Хотя нет, судя по масленой улыбке во всю рожу — просто дурью страдает. Впрочем, как всегда. Но сейчас я с удовольствием ему подыграю.
— Конечно же да, о отросточек моего аппендикса! Разве такое можно забыть, о тромб моих сосудов?
— Вот и я о том же, о…
— Да хватит уже! — не выдержал смеющийся Радмир. — Вы помните, мы поняли!
— А ты?! Ты помнишь, о…
— Хватит! — прервал наш с Тамом хор Юджин. — Как ты их терпишь?!
— Сам удивляюсь, — тяжко вздохнул Рад, разводя руками.
И вновь все примолкли. Но меня это уже не устраивало: очень не хочется, чтобы Лентано выбирал тему.
— Ребят, а кто из вас заметил знак?
Парни растерянно переглянулись.
— Да одновременно почти, — пожал плечами блондин. — Даже заговорили разом.
— Это пока я умывалась?
— Получается так, — кивнул Юджин. — Ты ушла, я вернулся — и сразу заметил.
Забавно, а ведь именно в тот момент я подумала о Хранителе. Ай, ладно, чушь. Не может же быть, чтобы Пирос меня услышал!
Вскоре дорога вывела нас на каменистый склон горы. Пожалев любимую тъекки, дальше я предпочла идти пешком. Спутнички почти сразу последовали моему примеру.
— Верно мыслишь, при-и-икрасная наша, — подмигнул мне блондин. М-да, похоже, он нашел мне еще одно прозвище. Конспиративное, так сказать.
— Почему ты ее так называешь? — встрепенулся герцог.
— А ты глянь, как она на солнце покраснела. При-и-икрасная и есть!
— Краснота-то с меня сойдет, а вот мозг в твоей голове уже не появится, — притворно печально вздохнула я.
— Ну и злюка ты! Есть у меня мозг, есть!
— Да?! А чего тогда не пользуешься? Не знаешь как, что ли? Инструкцию по использованию выдать забыли?
— Ра-а-ад! Уйми ее, она меня обижа-а-а-ет!
Мы с брюнетом одинаково пораженно обернулись к Таму. Даже Юджин заинтересовался.
— А чего, ей можно, а мне нет?! Дискриминация! — обиженно надулся блондин, не забыв задорно подмигнуть мне. Ну, ясно, очередной спектакль для герцога. Забавное же впечатление сложится о нас у Его Светлости, ведь даже я почти купилась на эту ересь.
Серебристое пятно только казалось близким, а тащились к нему мы до самого полудня. На ровном поле, естественно, управились бы быстрее, но вверх по каменному склону, пусть и пологому, в жару — то еще удовольствие карабкаться. Глядя на «радостные» лица спутников, я поняла, что если наша цель окажется ложной, Юджин попросту сбросит меня со скалы как организатора похода. А парни промолчат просто из вредности. Ну и ладно. Еще чуть-чуть — и я сама озверею! И неизвестно, кто огребет первым: я мирная, но когда психую — достается всем.
Однако, на наше общее счастье, цель приближалась. А я настолько ушла в свои кровожадные (кого бы первым скинуть?) мысли, что и не заметила, что почти утыкаюсь носом в серебристое пятно. Парни сдержанно захихикали, лишь Там, как всегда, заржал в открытую, перемигнувшись с ехидно фыркнувшим Вольдемаром. Давненько он голоса не подавал, скотина черногривая! Ладно, припомним еще, ой, как припомним! А пока все же стоит вплотную заняться достигнутой целью. Вблизи она напоминала кружево, сплетенное из тончайшей паутины, за которой проглядывал темный зев пещеры. Зачарованная переливами солнечного света на колеблющихся нитях, я протянула руку и…
— Стой! — рев Радмира чуть не снес меня со скалы.
— Рехнулась, при-и-ииии-красная! Кто ж вот так беспардонно ко всякой магической дряни лезет?! — вторил ему Тамирас. Герцог же молча отдернул меня от нитей. Дымка возмущенно фыркнула на него, когда я в нее врезалась, заставив чуть сползти со склона.
— Сам ты дрянь! Глянь, какая красота! А ты, Вашество, руку отпусти! Больно, между прочим!
