Свинк недоуменно посмотрел на Деска и прошипел:
– Почему же?
– Потому что здесь так не поступают. Я не вижу ни одной причины для того, чтобы проводить боевую операцию там, где она совершенно не нужна.
– А указание руководства для вас не причина? – просипел Свинк, потирая большие и указательные пальцы обеих рук.
– Еще раз прошу меня простить, мастер, но в шифровке нигде не сказано про боевую операцию. Смею напомнить, там речь идет об установке контроля над людьми. Для этих целей не требуется привлекать десяток ухорезов. Достаточно будет двоих человек и одного стеха.
– Вы не все знаете, – просвистел его собеседник. – Эти люди за несколько минут разделались с боевой дюжиной шодов. Они используют боевые артефакты неизвестной конструкции. Среди них – видящий, и никто не знает, какие еще есть секреты у них за спиной.
– Это ничего не меняет, скорее наоборот, – Деск отодвинул документ еще дальше от себя. – Там, где прокололась дюжина шодов, ваш десяток ухорезов тем более не справится. Вместо того чтобы разносить по бревнышкам гостиницу в центре города, их надо поодиночке отловить в уборных и дать установку.
Свинк несколько мгновений пристально смотрел на резидента, потом встал с кресла и зашагал по кабинету. Промерив шагами помещение, он остановился напротив стола и оперся о столешницу обеими руками, нависнув над Деском.
– Ладно, я скажу и еще кое-что, чего говорить не собирался. Есть основание полагать, что тут замешаны наблюдатели.
– И что?
– Возможно, их видящий – наблюдатель. Или они помогают этой группе и могут вмешаться, если мы попытаемся в них погрузиться.
– Тем более следует действовать тихо. Поймите, Свинк… – Деск осекся, поймав взгляд собеседника, севшего обратно в кресло, и поправился. – Мастер Свинк, здесь – человеческое государство. У них есть стража и Тайная гвардия, с артефактами, видящими и большим количеством опытных бойцов. И они ОЧЕНЬ не любят, – выделил слово Вартун, – когда кто-то убивает людей. Если есть хоть малейший шанс провала, мы должны его предусмотреть и сделать все, чтобы избежать дипломатических осложнений. Вы осознаете, что такая операция, даже если она пройдет по лучшему сценарию, может полностью испортить отношение между Эдемом и герцогством? Если не привести к войне… Вы знаете, каков торговый оборот между нашими странами? Что с вами сделают на Родине, если кое-кто потеряет ТАКИЕ деньги?
Свинк глубоко вздохнул.
– Боюсь, Деск, вы не понимаете того, что поставлено на карту, – он вдруг вскочил и снова навис над столом, упершись взглядом Вартуну в переносицу. – Речь идет о самом существовании расы стехов! Нам плевать на герцогство, отношения и деньги. Вы читали Пророчество о пришлых? Если это действительно они, то у них в головах – колоссальные знания и технологии! Способные стереть с лица планеты всех нас, и стехов и шодов! Вчера сюда прибыла эта лань дель Мио и заставила герцога встать перед ней на задние лапки! Они заперлись на всю ночь с дель Вилем и его агентами, а с утра вся Тайная гвардия уже стояла на ушах. У нас есть единственный шанс – немедленно, сегодня же подчинить этих людей, пока дель Виль не понял, что они уже в городе! – Под конец монолога Свинк уже кричал и брызгал слюной. Сложенные на спине крылья угрожающе распахнулись.
– Откуда вы… – Деск поперхнулся. Осведомленность Свинка могла иметь только одно объяснение – своя агентура. А значит, он…
– Да, я страж Эдема, – прошипел Свинк, и Деск поднялся из-за стола, вытянувшись.
– Прошу меня простить, мастер. Только, если все так, на кой вам нужно мое согласие на ваш план?
– Мне нужны ваши люди и стехи, Деск. Все. И немедленно. А вы развели тут… субординацию!
Вартун молча поставил свою визу на документе. Мастер Свинк сложил бумагу пополам и засунул в складки своего одеяния.
– Собирайте всех, кого можете и не можете. Через час – оперативка. Начало операции – как на ратуше пробьет одиннадцать. И молитесь всем богам, в которых верите, чтобы у нас все получилось!
Спокойная жизнь закончилась, понял Вартун, стараясь сообразить, кого и как он сможет быстро найти.
Утром я проснулась умиротворенной. Не знаю, как это объяснить, может, Вадим что-то там наколдовал у меня в голове. Хотя он клятвенно заверил, что ничего не трогал, а только поставил защиту от чужого проникновения. Меня отпустило: я перестала сходить с ума по Насте и Игорю, я перестала корить себя, что переспала с Андреем, я больше не волновалось о будущем. И даже тот факт, что не будь этого странного переноса, я сегодня уже была бы дома, этим утром меня как-то слабо волновал. Нет, конечно, я по привычке подумала, что Игорь не сможет нормально собрать Настю в садик, что мамино сердце может не выдержать моего исчезновения, что… Был десяток этих «что», однако все они вдруг отошли на второй план. А на первый передвинулся этот новый для меня мир.
