Изредка в облаках проскальзывала черная тень и еще реже эта тень мне приветливо махала рукой. Я боролась с желанием рассказать обо всем Кристиану, но откуда я знала, сочтет парень сумасшедшей или нет? Могла ли я рисковать расположением того, кто стал слишком мне дорог?
Решив наконец, что думать обо всем просто невозможно, я отвлеклась и наконец улыбнулась молодому человеку. На лице того расцвела довольная улыбка, и наш полет стал проходить гораздо веселее.
Разговаривать не было смысла, ветер сдувал голоса. Мы попросту не слышали друг друга. Летели в молчании, но оно не казалось тягостным, скорее, предвкушающим. На отдых не останавливались, терпели голод, жажду и усталость, утешая себя тем, что все это получим на материке. К тому же вода кончилась под конец первого дня полета, пить было нечего, а солнце нещадно припекало, мучая нас изнуряющей жарой.
На исходе второго дня вдалеке показались высокие деревья, уютно расположившиеся вблизи моря. Вид так завораживал, что у меня перехватило дыхание. Лес простирался настолько далеко, насколько хватало взора все это охватить. Я невольно ахнула, а Кристиан повернулся в мою сторону, вовсю улыбаясь.
- Добро пожаловать в Сумеречную Неваду, наш дом.
Я молча покачала головой, не в силах описать те чувства, что переполняли изнутри. Эти леса так величественно выглядели… Но мы летели дальше, над этими многовековыми насаждениями, оставляя их позади.
- Крылаты вольны селиться, где душа пожелает. В пределах этого материка или вне его, - с ноткой гордости произнес парень, лавируя среди макушек деревьев. – Но основная часть народа все же предпочитает жить на материке со старейшиной, Генхардом. Впрочем, ты уже о нем знаешь.
Я не знала, ждал ли какого-то ответа от меня Крис, поэтому просто наслаждалась полетом, насколько позволяли уставшие вконец крылья.
- Скоро ты с ним познакомишься, - сказал Кристиан, улетая чуть вперед.
Мы уже пролетели леса и отклонились чуть левее, устремляясь в сторону полей. Здесь обостренное зрение начало улавливать небольшие домики, в особом порядке разбросанные по равнине. Кое-где стояли крылатые фигуры и что-то готовили на кострах. На их лицах было написано счастье, безусловная любовь. Вокруг женских фигур бегали маленькие дети, радостно размахивая ручками. От этой картины на глаза навернулись слезы.
“Вот какой могла быть моя жизнь, если бы родители не влезли в козни Альпина”.
Кое-где улавливала мужские фигуры, занимавшиеся делами или просто обнимавшие свою семью. Кристиан начал снижаться, а я украдкой смахнула слезы, чтобы тот их не увидел.
Было видно, что мы прилетели в самое сердце общины: повсюду сновали крылаты, не скрывая своей истинной сущности. Кто не занимался своими делами, откровенно глазел на нас, но меня это ни капельки не смущало. Я наконец почувствовала место, которое могла охарактеризовать одним словом – дом, чего никогда не случалось в деревне. Пусть все эти крылаты были сейчас просто незнакомцами, я знала, верила, что в скором будущем мы с ними подружимся.
Кристиан уже стоял на земле, а я несколько затормозила. Видя мое замешательство, парень призывно замахал рукой, заставляя меня спуститься. Заминка была связана с тем, что среди собравшихся я вновь увидела темную фигуру Блэйка. Но в его руках не было никакого оружия, он наравне со всеми приветливо улыбался и хлопал в ладоши, вторя другим.
Едва ноги коснулись земли, я хотела по инерции спрятать крылья, но парень многозначительно сжал руку и покачал головой.
- В этом нет нужды, - прошептал он едва слышно, но я поняла. Спрятать крылья в самом сердце обители крылатов значило нанести серьезное оскорбление народу, показать, будто стыжусь своего происхождения. Как же я могла забыть этот важный урок, который мне преподнес одним прекрасным вечером Кристиан?!
Толпа восторженно гудела, оглядывая меня. Наверняка они знали, кто я, к тому же мой черный глаз привлекал достаточно внимания в любом месте, где бы ни оказалась. Но неожиданно крылаты начали расступаться, пропуская кого-то вперед, и в почтении склоняли головы. Я недоуменно наблюдала за этой картиной, не зная, чего ожидать, и пыталась найти в толпе Блэйка, но тот, как и все, склонился в поклоне. Кристиан стоял рядом, держал за руку и загадочно улыбался.
