Дантес. Просил. Но одна дама объяснила мне, что в России, в царстве морозов, сила любви соразмеряется с приданым, которое рассчитывают получить, а любовь как страсть непонятна.. И все ограничивается заключением более или менее выгодной сделки. А какое приданое ожидало меня в романе с чужой женой? Четверо детей? За таким счастьем ехать в Россию было глупо.
Геккерен. Мы и не рассматривали этот вариант всерьез!
Дантес. А кто предлагал ей бросить мужа и уехать с детьми в Париж?
Геккерен. Как ты неблагодарен, Жорж!
Дантес. Волочась за сестрами, я упустил Мари Барятинскую. Там приданое было значительнее.
Геккерен. Приданое Катрин оказалось скромным, но достаточным. Пушкин от этой семьи ничего не получил.
Дантес. Бескорыстие – не мое амплуа.
Геккерен. Меня коробит твой цинизм.
Дантес. Странное откровение для политика и дипломата. Хотел бы я знать, кто мне всю игру испортил своими пасквилями к Пушкину?
Геккер е н. Следствие ни к чему не привело. Подозреваемые Долгорукий и Гагарин открестились от этих писем, и нет причины им не верить.
Дантес. Но не сами же по себе они возникли?
Геккерен. Я интересовался этим вопросом, поскольку и меня подозревали в этой грязной проделке. Я видел конверт, в котором находился пресловутый пасквиль. Но это мало что прояснило. Оттиск на сургуче слабый. Я различил лишь букву А в окружении пушек и знамен. Но и этого не утверждаю.
