Я недобро улыбнулся. Значит, не зря мне чутьё подсказывало, что за душой у этих подонков есть грехи и более тяжкие. Ну да ладно…
— Твой Волх сам давно предал Хморока, поклонившись Бездне, — спокойно ответил я, — И своим шансом он может подтереться!
Все трое открыли рот…
— Что ты сказал, падаль хорлова? — процедил сквозь зубы меченый.
— Что ты вообще знаешь о Бездне?
— Ты как посмел?
Я вытянул руку, в которой неожиданно для броссов появился Губитель. Хморок подсказал мне хорошую идею, и я не собирался упускать такой шанс припугнуть их.
— Я посмел. И посмею больше, ибо возмездие пришло.
Да! Судя по поселившемуся во взглядах страху, это именно то, чего они боялись всю жизнь.
Наверняка не все броссы были согласны с тем, чью сторону принял знахарь. И наверняка они что-то уже успели натворить, уверенные, что ничего за это не будет. И тут пришёл я.
— Не может быть… — только и промямлил кудрявый, — Братья, ведь не может?
Я опустил руку, а потом просто бросил топор. Не метнул, а кинул, чтобы поймали.
Рукоять легла точно в руку удивлённому меченому… А я закрыл глаза, наслаждаясь хлынувшими в мозг видениями.
Интересную веру придумали броссы после того, как тысячи лет назад Хморок покинул их. И даже странно, что такая на самом деле неплохая религия возникла там, где властвовал бог мрака и смерти.
По вере броссов получалось, что Хморок ушёл не просто так. Это испытание для тех, кто твёрд сердцем и чист душой, кто сможет верить в своего бога там, где нет и следа его.
Легко верить в бога, который существует. Который физически появляется в храмах, который даёт силу магам, насыщая их стихией, и который охраняет своей мощью Бросские горы.
Но какова цена такой вере? Это лишь знание и данность, которые принимает каждый рождённый бросс. А вот когда бог исчезает, оставляя за собой лишь краткое послание, что он вернётся… Не завтра, не через сотню лет, а когда-то… Вот тогда-то вера и проходит самое настоящее испытание огнём и мечом, передаваясь из поколения в поколение.
Броссы были не в силах понять истинный замысел Хморока, покинувшего их, но знали, что время, когда могучий горный народ остался без своего бога, дано им, чтобы укрепить свою веру. И, согласно писанию, которое хранилось в Храме Хморока, бог мрака пожертвовал собой ради спасения мира, но спустя время вернётся и спросит с каждого бросса.
Тем более, вернётся он обновлённым и настолько сильным, что затмит даже мощь всех южных богов. Насколько я понял, Хморок просто станет богом высшего ранга, как Бездна и Небо, которые уже делят между собой не отдельный мир, а Вселенную.
Видимо, потому-то Бездна так и старалась помешать Хмороку вернуться. Потому что законы равновесия таковы, что кто-то из них двоих должен будет сгинуть…
Меченый, сам того не зная, дал мне гораздо больше информации, чем хранилось в его голове. Потому что когда-то, до того, как он присягнул изменившему Волху, он был вполне себе приличным броссом, поэтому его память оказалась настоящей кладезью.
Хранители Храма — это особое племя броссов. Кроме того, что они охраняли Храм, скрытый в тайной горной долине, Хранители могли подавлять в себе огненную природу и владели тёмной магией, унаследованной от Хморока. И раньше они без проблем пускали в Храм железняков и огневиков.
Железняки — броссы, живущие по южным окраинам Бросских гор, самое многочисленное племя. И это они были известны своим кузнечным мастерством и воинским искусством на всю Троецарию.
В общем-то, абсолютно все троецарцы и знали броссов только по этому племени, потому что другие вообще никогда не покидали Бросских Гор, и уж точно не показывались на глаза непосвящённым.
Огневики — броссы, живущие у подножия вулкана Хмарь, тоже спрятанного в глубине гор, и чей дым в ясную погоду можно было увидеть даже из предгорий. У огневиков особая вера, рассказывающая о том, что все броссы и даже сам Хморок родились в раскалённой лаве, прямо в жерле этой самой Хмари, и отсюда-то и проистекают огненные свойства бросской крови.
И предназначением огневиков было всегда хранить священные огненные топи в жерле вулкана, поддерживать жар своими обрядами и, конечно же, не позволять осквернять священное место чужеземцам и еретикам. Потому что, когда Хморок вернётся, первым делом он омоет своё тело в раскалённой магме, смывая с себя дорожную пыль небытия.
Всё это чудесным образом стыковалось с верой в Хморока, поэтому Хранители Храма никогда не конфликтовали с огневиками. Огневиков допускали в Храм, а Хранителей к священному жерлу…
Хранители и огневики были даже не племенами, а особой, немногочисленной кастой жрецов, которая время от времени всё же пополнялась свежей кровью из племени железняков.
