Я лишь кивнул, поводя ладонью и следя, чтобы летящие на город снаряды вязли в огненном куполе. Другие маги тоже помогали, добавляя слои к моей защите.
— Чаще обладатели такого заклинания спешат овладеть магией воздуха, чтобы соединить две стихии, и овладеть заклинанием «огненного дракона».
— Я не успел, — усмехнулся я, слушая болтливого мага, — Воздушная стихия застыла на малом ранге.
— Прискорбно. А ведь это ты, бросс Малуш, зачаровал жаровню в кузнице Брогга?
Я лишь кивнул.
— То, как ты вплетаешь бросскую кровь и Тьму в свои заклинания, впечатляет, — не отставал маг, — А почему ты каждое своё заклинание так не улучшишь?
— Я вообще-то… — начал было я, думая рассказать об огненном взрыве, который наверняка видели все в Камнеломе, но тут же поперхнулся.
И вправду, а почему я ни разу не пытался улучшить именно это заклинание? Я научился владению огненной стихией, и просто филигранно могу изменять форму защитной скорлупы, превращая её даже в тончайшие огненные нити.
Но что будет, если эту защиту усилить каплей крови и щепоткой Тьмы?
Видимо, я слишком задумался, потому что чуть не пропустил один из снарядов, метящих прямо в круг из магов воздуха. Я успел махнуть топором, чтобы «клинок ветра» рассёк горящий камень, а осколки увязли уже в том щите, который успели выставить остальные маги.
— Работает! — крикнул кто-то, тыча пальцем в небо.
Да, летучие твари буквально зависли в воздухе, изо всех сил работая кожистыми крыльями, но не сдвигаясь ни на сантиметр. Маги создали совсем несильный ветерок — у них больше усилий ушло, чтобы повернуть настоящий ветер вспять.
Что ж, одну задачу мы решили… Вот только башни с упырями продолжали приближаться, и крики толкающих их рабов слышались всё чётче. Мы поливали стрелами и снарядами основания осадных конструкций на колёсах, но Магия Крови и Смерти не зря были мощнейшими тёмными практиками.
Погонщики хлестали рабов, заставляя двигаться быстрее. Шан Куо спешил наводнить город упырями, потому что за горами уже занималась заря. Я же, прикусив до крови губу, пытался понять, что с этим делать…
Вскоре первые уставшие летуны стали падать вниз. Летели они в это время как раз над горой с Углеяром, где и стоял основным лагерем Шан Куо. И каким же удовольствием было наблюдать, как его же оружие падает ему же на голову…
Ну что, Тёмный Жрец, не изволите ли получить упыриную резню в собственных рядах?
Твари падали одна за другой, некоторые пытались планировать. Некоторые вообще развернулись и стали пикировать, словно охотились за чем-то. Но они упорно одна за другой начали исчезать внизу, на склонах горы.
Не сразу я догадался, что летучие твари просто гнались за запахом крови вслед за падающими вожаками. А потом, углядев на своём пальце кровь от прикушенной губы, я вдруг выругался:
— Вот же я вестник тугодумия! Кнез!!!
Глеб Каменный всё это время носился по стене, заставляя лучников изо всех сил атаковать осадные башни. Они были уже всего в полусотне от стен города, и взмокший от усталости и злости кнез, остановившись лишь на мгновение, рявкнул:
— Чего тебе⁈
— Кровь!
— Что кровь⁈
— Всем лучникам ткнуть стрелы в ладонь и стрелять туда, — я показал на вершину с Углеяром, — Чтобы туда летели только окровавленные стрелы. Все! Весь запас!
Кнез сначала посмотрел на меня, как на идиота… Потом его глаза округлились, словно тронутые озарением, а затем он просто рассёк себе ладонь мечом и понёсся по стене, измазывая кровью колчаны лучников.
Его приказы разносились эхом по округе. А также разносился и запах крови — осадные башни аж затряслись, стали крениться от ярости упырей внутри. Они чуяли кровь, они чуяли эту волну багровой свежести, исходящую от стен города.
Я приказал магам воздуха опустить ветер, чтобы он дул уже от стен, и вот уже первая башня стала падать под напором обезумевших тварей.
Уперевшись в зубцы стены и вглядываясь в огни лагеря Шан Куо, я ощерился довольной улыбкой. Что, Тёмный Жрец, теперь ход за тобой?
Сверху понеслись окровавленные стрелы, и лучники, которым теперь не надо было целиться и экономить стрелы, опустошили колчаны за считанные секунды. Они не пытались пробить купол над соседней горой, они стреляли как раз в основание защитного покрова, чтобы стрелы не сгорали и не теряли запах крови.
В одной из осадных башен упыри просто выломали крышу, и все с хохотом наблюдали, как твари прыгали вслед за летящими стрелами, пытаясь их поймать. Падали, разбивались, вскакивали, и устраивали резню среди рабов и погонщиков.
Те бежали назад, вместе с ними бежали и упыри… Хаос, поднявшийся под стенами Камнелома, пробудил во мне уже забытое чувство близкой победы.
Над горами уже занималось зарево, предвещающее, что рассвет вот-вот начнётся, и мне пришлось одёрнуть себя. Я отдал приказ магам воздуха прекратить колдовать, потому что сейчас основную работу в лагере Шана Куо делали упыри.
Мы уже достаточно крови переправили на ту сторону. Рычание и крики с того склона изредка долетали до нас, а под стенами не осталось практически ни одного существа.
