Конница стала менять строй, чтобы обойти ловушки, а Петра, сняв лук с седла, выстрелила мерцающей ракетой в ловушку. Та сработала, завихрившись облаками Тьмы.
Лошади расступились, выпуская вперёд Витимира Беспалого. Старый Тёмный вырвался вперёд, поравнявшись со мной, и закрыл глаза.
— Я поведу войско, — сказал он мне, видя, что я трачу свою концентрацию на поиск ловушек.
Кивнув, я снова попытался вернуться в состояние покоя. Мир окрасился целой палитрой звуков, кожа ощутила ветра всех стихий… Открыв глаза и чувствуя готовность, я пригнулся и уже хотел наколоть ладонь о зуб Кутеня, как призадумался — а как добавить бросскую кровь и Тьму в заклинание, если для его активации я не использую никаких узоров или речей?
— Попробуй зародить магическое намерение внутри, — послышался совет Беспалого, — Так ты пропустишь его через кровь.
Я кивнул, но на всякий случай всё равно наколол ладонь о клык цербера. Затем сформировал внутри себя заклинание «огненного яйца», на всякий случай небольшого, чтобы не сжечь самого себя… Ощутив жар, я пропустил его через сердце в ладонь, чувствуя, как огонь напитывается бросской сущностью.
В ладони, измазанной слюной Кутеня, этот жар стал нестерпимым, и я вдруг ощутил, что могу его просто выпустить вперёд. Безо всяких узоров, без мысленной поддержки заклинанием, я спокойно выпустил шар вперёд — огненная сфера, располосованная прожилками Тьмы, унеслась вперёд.
Выросла она не сильно, и никуда особо не попала, рассыпавшись где-то среди пней на склоне. Но, самое главное, я ощутил, что практически не потратил сил — маленькое «огненное яйцо», которым я владел уже мастерски, стало снарядом.
Я умел испускать огонь всепожирающей волной, мигом сжигая врагов, а заодно и силы в своём источнике… Но это не выход для настоящего мага.
Так же я умел запускать огненно-тёмный вихрь, напитанный кровью, сила которого росла рядом с цербером. Но силу этого заклинания было очень трудно контролировать, и о сражении бок о бок с союзниками даже не шло речи — такой маг легко бы спалил своё же собственное войско.
Но теперь… Я ощерился счастливой улыбкой, понимая, что этот маленький шажок для огромного бросса означал одно — моё тело само по себе становилось оружием, и теперь у меня был не только Губитель в правой, но и огонь в левой руке… Мой огонь, усиленный бросской кровью, горящей от Тьмы, и мощность которого я мог изменять лишь усилием мысли! А, ну ещё количеством слюны Кутеня.
Ну что, Первый, готов встречать меня в бросских горах⁈
— Ох, ну и тугой же ты, бросс! — крикнул Витимир, резко сбив с меня всю спесь.
Я покосился на него, стараясь, чтобы моё возмущённое лицо не показалось старику гримасой бешенства и ярости.
— У тебя кольцо Хморока, — кричал старик, — И он сам глубоко в твоей душе… Зачем ты используешь цербера?
Поджав губы, я понял, что так-то он прав. Если я пропускаю магию из источника огня через свою кровь, то почему так же не могу пропустить её через свою душу?
Снова выпрямившись и стараясь не упустить изменённое состояние, я сформировал «огненное яйцо» и лишь подумал о том, что надо бы отщепить капельку Тьмы из сущности древнего бога, как из глубин души эта самая щепотка появилась вдруг сама.
В этот раз, когда жар протекал сквозь мою кровь, я почувствовал, как мои вены едва не лопаются от разгорающейся Тьмы, и выстрелил ещё быстрее — до того нестерпимо было.
Огненный шар, который я едва смог бы обхватить, заставил пригнуться Кутеня и шарахнуться Бам-бама. Он завихрился огнём и Тьмой, сорвался с ладони и, освещая скудным сиянием вырубленные склоны, врезался в поваленную осадную башню.
Та разлетелась цветком взрыва, послышались крики воинов, прятавшихся внутри. А я, слегка удивлённо уставившись на свою ладонь, сразу растерял бесценное состояние покоя.
Это… просто… смердящий свет! Да нет же, это самый настоящий прелестный свет!
— Ох, бросс Малуш, — Витимир всё равно был недоволен, и разочарованно отмахнулся.
— Да что не так-то? — вырвалось у меня.
— Это ведь защитное заклинание! Ты должен был создать более совершенную защиту.
Я лишь поджал губы и почесал затылок. Ну, значит, ещё есть, над чем работать…
В это время протрубил боевой рог, и со склонов нам навстречу ринулись войска Шана Куо, наконец оправившиеся от нашей хитрости. Естественно, армия была изрядно потрёпана, но это не мешало им метать в наши стороны магические снаряды и стрелы. Послышались хлопки — со склона стали работать вражеские катапульты и баллисты.
Я же не сводил взгляда с вершины, где за краем чувствовал присутствие Шана Куо и ещё нескольких сильных магов. Колбы со взрывающейся пылью должны быть там…
С нашей стороны в небо тоже взметнулся целый рой колючей и магической смерти. А я, совершенно не думая, выставил ладонь, намереваясь по привычке создать щит, чтобы прикрыть себя и нескольких всадников вокруг… как вдруг та субстанция, что вырвалась из моей руки, просто накрыла всё моё войско. Это просто я непроизвольно снова прогнал своё намерение сквозь Тьму и кровь.
