Меня удивило её поведение, и я не успел повернуться, как получил лёгкую оплеуху по затылку. Опасности этот удар не нёс никакой, на разве что только мог уничтожить в недрах ада мою гордость, поэтому моё чутьё никак на это не отреагировало.
А девушка, обогнав меня, процедила сквозь зубы:
— Дурак! Все вы дураки! — и, сопя от злости, пошла вперёд.
— И она, как видишь, всё такая же, — сказал Инггор.
Я, не сдержавшись, вдруг захохотал. Видимо, напряжение двух бессонных ночей требовало разрядки, и я просто долго смеялся, едва не утирая слёзы.
— Ох, сладкая жемчужина Бросских Гор, как же она прекрасна в гневе! — жарко зашептал Виол, нервно теребя струну на лютне.
— Господин Виол, а наша Креона уже некрасивая? — спросил наивный Лука.
Всё это значительно разрядило обстановку, и я даже заметил, как несколько воинов глядят сверху со склона, больше не скрываясь и улыбаясь.
Правда, всё это веселье оборвал низкий рокот, от которого земля стала постепенно дрожать, и который заставил всех прижаться к краю тропы и укрыться за валунами.
— Будем, значит, уходить восточной тропой, — со злостью прошептал он.
— Что это хоть?
— Я же тебе говорил — Волх выпустил дьявола из недр. И ведёт его, судя по всему, к Камнелому… Ты куда?
Я не ответил, ускорив шаг. Кем бы ни был этот «дьявол», как его называли броссы, но позволить ему причинить вред городу я не мог. Для того я, что ли, спасал его?
— Громада, ты с ума сошёл⁈
Мы с ним сидели за огромным валуном и разглядывали долину внизу. Возможно, когда-то она была прекрасна — хвойные леса, холмистый луг, зеркало озера в центре, в котором отражались снежные вершины.
Возможно, была…
Но сейчас её пробороздил огромный дымящийся шрам, прочертивший лес и опоясывающий озеро. Какие-то деревья свалились в каверну, какие-то примяло валом из камня и грязи. Где-то пробивались и ручьи из озера, которые на дне горящей ямы шипели и превращались в пар, будто там было раскалённое дно.
Шрам этот брал начало в горах, окружающих долину. А в конце, медленно обходя озеро и сваливая в него тонны горных пород, двигался самый настоящий дьявол. Он раздвигал грудью землю и скалы, словно корабль, медленно бороздящий волны.
Горящий и дымящийся великан, чью голову венчали два широченных рога, которые больше казались продолжением головы, чем рогами, просто шёл по пояс в земле, словно тонул в ней. Его когти оставляли глубокие борозды в земле, а если же он касался поверхности озера, то из-под них выбивались клубы пара.
Размеров дьявол был таких, что я присвистнул. Ну да, Инггор говорил мне, что я сошёл с ума, раз решил с ним справиться… Теперь я понял. почему он это говорил.
Этому чудовищу между рогами можно было парусный фрегат установить, причём в длину.
К счастью, двигался он очень медленно. Озеро, в которое он иногда с оглушающим рёвом скатывал дымящиеся валуны, поднятые со дна пропаханной борозды, явно оказалось досадным препятствием, и ему приходилось его медленно обходить.
В чём-то картина разрушений даже была прекрасна. Уж я, как бывший Тёмный Жрец, мог это оценить по достоинству. Пусти такую тварь в Камнелом, от него же ничего не останется…
Я знал о наличии ада, читал о нём в древних трактатах. Именно оттуда пришла Тьма, в которую Бездна так пыталась повергнуть все миры. Ад существовал раньше, и он будет существовать потом. А в настоящем его нет…
Как так получалось, умный Жрец не спрашивает, а принимает как данность. Таковы законы мироздания. Но Бездна обещала сильнейшему Тёмному Жрецу там место, среди верховных демонов.
И всё же, как мне казалось, этот дьявол, тащащий свои горящие рога через прекрасную долину, к тому аду отношения не имел. Скорее всего, где-то под горами просто находится огненная магическая зона, вроде той, из которой я чудом успел один раз вылезти.
Кстати, а эта тварь не похожа ли на ту, что меня тогда чуть не догнала?
— Исчадие ада, чьи злодеяния настолько перевесили чашу весов, что даже земля не может его выносить, — прошептал бард, — Почему он не может идти по земле?
— Возможно, его ноги слишком горячи, — сказал я, разглядывая дьявола эфирным зрением, усиленным цербером. И оно мне подсказывало, что чудовище, кажется, само не радо, что его вытащили на белый свет.
— Да потому что, хорлова вы падаль, он связан с подземным адом! — прохрипел Инггор, заставив нас с Виолом вздрогнуть.
Вообще-то они остались на той стороне горы, потому что там безопаснее, да и сам старик не собирался сюда идти. Тем более, он же и сказал, что если я пропаду, то особо он горевать не будет… И так уже один раз попрощался со мной.
Но нет, вот он, пригибаясь и держась за топор, притащился сюда. На двигающегося в долине дьявола он смотрел со страхом и священным трепетом.
— Калёный Щит там? — спросил я, указывая на провал в горах, откуда вылез этот монстр.
— Всё, что от него осталось… — со злостью процедил Инггор, — Волх, тварь бездушная, предавший родную мать! Как можно так со своим домом⁈
