Храмовник с пробитым нагрудником захрипел, закашлялся и согнулся. Потом, сплюнув кровь, открыл глаза и некоторое время таращился вокруг с бессмысленным взглядом.
Вот он нашёл меня…
А потом, когда заговорил, я едва не вздрогнул.
— Думаешь, брат, ты сможешь вернуться? — проговорил он густым, потусторонним басом, который не мог принадлежать человеку.
— Яриус… — усмехнулся я, — Сколько лет, сколько зим.
— Тысячи. Тысячи лет, и тысячи зим, как этот мир жил спокойно без тебя. Ты сам понимаешь, какой же это абсурд, брат? Абсурд, что бог мрака и смерти якобы озабочен спасением мира!
— А ты? — спросил я, — Разве не абсурд, что светлые паладины сражаются бок о бок с упырями?
— Бездна другая… — рыцарь откинул голову, чуть улыбнувшись, — В её Тьме красота. Таинственная, незримая, но красота. Не тот ледяной мрак, что несёте миру ты и твоя Морката!
— Ты одурманен, брат, — спокойно ответил я, чувствуя, как управляет моими губами душа северного бога, — Этот мир наш с тобой, а ты позволил внешнему злу проникнуть в него и поразить свою душу.
— Её Тьма и мой Свет гармонируют. Она словно тень в полуденный зной, она словно прохладная ночь после жаркого дня…
— Ты выпустил Детей Недр? — вдруг спросил я, — Никто, кроме тебя, не мог это сделать.
— Да, — рыцарь расхохотался, — И пока ты сражаешься с этим, ещё двое идут к твоему Храму. Нет тебе места в этом мире, Хморок, и не будет!
Договорив, рыцарь закрыл глаза и уронил голову. А я тут же заставил мысленно и Хморока снова унестись в глубины души — нечего растрачивать божественный предел.
В несколько прыжков я оказался на краю леса, снова разглядывая бредущего к краю долины дьявола. Ну, зато теперь, после разговора с Яриусом, ясно, в какой глубокой мы заднице…
Глубокая борозда, оставшаяся за исполином, так и напрашивалась на то, чтобы заполнить её водой. Вот только надо дополнить эффект холодным снегом, и сейчас, кажется, самое время.
Видимо, Виол и Креона как-то услышали мои мысли, потому что раздался далёкий грохот. Громадная снежная гора, к подножию которой подходил дьявол, словно ожила — она вздохнула, чуть приподнимая снежные бока, а потом вниз понеслась, сшибая вековые леса, огромная лавина.
Я тут же призвал к себе Кутеня, и цербер возник рядом со мной, словно из воздуха. Выбрав место, где озеро от пропаханной борозды отделяла самая тонкая на вид стенка, я показал на неё церберу и начал рисовать в воздухе узор огненного вихря.
— Нужен большой взрыв, Кутень.
— Бам-бам-ба-а-ам!
— Очень большой взрыв, чтобы снести эту дамбу…
— Ба-а-а-ам-бам-бам!!!
— Но не настолько большой, чтобы не испарить всю воду.
— Бам-бам-бам?
— Ну, примерно… — усмехнулся я и движением пальцем сорвал и метнул узор, превращая в огненный вихрь, напитанный бросской кровью.
Кутень тут же прыгнул следом.
Люблю, когда всё идёт по плану…
Облако пара и грязи, поднявшееся в том месте, куда воткнулся огромный огненный вихрь вместе с Кутенем, развеялось, и мне стал виден мощный поток воды, вырывающийся из пробитой бреши.
Зеркало озера тут же стало выгибаться в том месте, где вода устремлялась в дыру, и по прорытой дьяволом борозде ринулся грязный бурный поток, выворачивающий и катающий даже громадные валуны.
Правда, побурлив, вода стала бежать и в другую сторону — к Калёному Щиту, откуда и притащилось это рогатое отродье.
Я выругался:
— Да смердящий свет, куда⁈
Кутень, появившийся рядом со мной из портала Тьмы, весело протявкал:
— Бам-бам-бам!
А я, снова рисуя узор, уже показывал ему в другое место.
— Завалить проход надо! Вода не должна туда течь! — от спешки у меня сорвалась рука, и узор потух.
— Срам-срам-срам, — цербер прикрыл лапой морду, покосившись на меня.
В его взгляде так и было написано: «Бросские инженерные расчёты оказались не очень…» Ах он морда кромешная!
— Умный, да⁈ — рявкнул я, заканчивая наконец узор, — Пошёл давай!
Цербер снова унёсся вслед за запущенным огненным вихрем, а я с замиранием сердца стал следить, как всё выйдет на этот раз. Ну, так-то цербер прав — такие вещи надо продумывать до, а не после… Ну так и я сейчас варвар, моё дело топором да магией махать, а Всеволод был давно и неправдой!
Снова грохнул взрыв, и на этот раз Кутень попал… эээ… нет же, это я попал мастерски. Сила огня буквально вырвала кусок земли с этой стороны от борозды, заваливая её тоннами грунта. И теперь вода, с рёвом вылетающая из озера, устремилась только в одну сторону.
Ну, как я и рассчитывал… да, да, Кутень, как я и рассчитывал…
— Сам-сам-сам, — протявкал появившийся цербер, насмешливо скалясь и покачивая головой.
— Иди во Тьму, — буркнул я.
В общем, снежная лавина и вода ударили в дьявола одновременно. Массы снега, перемешанного с деревьями, ударили в грудь чудовищу, и не успел он прикрыться, как мощный поток грязной воды накрыл его сзади.
Чудовище тут же исчезло в огромном облаке пара, и по долине прокатился ужасающий рёв. А потом раздался взрыв…
