Всё это происходило в полной тишине, и я даже вздрогнул, когда вдруг прорезался крик очнувшегося моряка:
— Грязные пираты! — его голос больно резанул по ушам.
— Пираты⁈ — возмутился Виол, — Глупец, мы вообще без крови взяли ваш корабль! Ну, не считая тех неудачников. Мог бы и восхититься!
— Да, — буркнул я
В том корабле, от которого мы постепенно удалялись, на борту открылись бойницы. Я усмехнулся — пушки мы попортили, да и порох весь старательно намочили.
Один из Храмовников что-то кричал, стоя на палубе и потрясая двуручником. Так-то мне было наплевать, но ради интереса я мысленно послал Кутеня:
— Меня зовут Унглих! Бойся, что перешёл дорогу моему Ордену! Слышишь, бросс⁈
— А, слышу, слышу, — отмахнулся я.
Их корабль… да, ведь теперь он был их, а не наш. В общем, их корабль, полностью непригодный для плавания, всё больше отдалялся. А наш, уверенно взяв курс вдоль берега, уже мчал на полных парусах.
Я присел перед дрожащим от страха моряком. Второй тоже очнулся и отполз к мачте. Эти не были бойцами, это было сразу видно.
— Громада, давай я, — улыбнулся Виол и великодушно всплеснул руками, — Господа, у вас есть уникальный шанс сохранить свои жизни!
Оба уставились на него, и даже рулевой сверху прислушался.
— Откуда вы сюда приплыли?
— С Рыбограда, — неуверенно протянул моряк.
— Это единственный порт в Северной Троецарии, — крикнула сверху Креона, стоявшая рядом с рулевым, — Там только рыбу ловят.
— Вот и прекрасно, — улыбнулся бард, — Это ваш корабль?
— Д-да… — моряк покосился наверх, на реющий над мачтой флаг, — Они нам заплатили, чтобы мы сюда доплыли.
— А как они узнали, что мы здесь? — спросил я.
Моряк пожал плечами.
— Не знаю, господин. Наше дело сюда доплыть.
— Так вот, сударь, — сказал Виол, — Ваши жизни для вас, наверное, ничего не стоят. Но ваш корабль…
Оба моряка вздрогнули, и бард улыбнулся.
— Этот бросс спалит его одним касанием.
— Я могу, — я тут же кивнул и для наглядности вызвал потрескивающий огонёк на ладони.
— Поэтому, когда мы пришвартуемся в Рыбограде, вы ведёте себя, как обычно, чтобы мы спокойно покинули причал и городок. И, видит Маюн, тогда ваш корабль останется целым.
Моряки сразу же быстро закивали. Вот же хитрюга Виол, как-то сразу распознал, чем надёжнее припугнуть этих прохвостов.
Я встал на носу, впервые решив просто насладиться плаванием. Ну вот, и безо всяких богов разобрались, чисто человеческими силами…
Рыбоград, когда мы к нему приблизились, оказался небольшим городком, раскинувшимся посреди холмистого берега, во впадине между двумя холмами.
Перед побережьем тут и там виднелись серые паруса многочисленных шлюпок, и над ними кружились белые точки чаек, чьи крики ветер доносил до нас. Встречный ветер вдруг донёс до нас стойкое рыбное амбре, полностью оправдывая название городка.
Виол скривил нос:
— Хладочара, такое чувство, что уже отсюда я чую Нужник Моркаты.
— Помолчал бы, наглая твоя глотка, гусляр, — огрызнулась Креона, — Этот город кормит рыбой весь наш север. И до Раздорожья доезжает.
— Что за Нужник Моркаты? — спросил я, вспомнив, что уже не раз слышал эту ругань от чародейки.
Девушка вздохнула и с неохотой ответила:
— Это ущелье в горах, рядом с Храмом Холода. Оттуда всегда страшно воняет, и рядом там долго не проживёшь… Нужником Моркаты его назвали ещё в древности южные завоеватели, когда узнали, как зовут нашу богиню. Название так и прижилось, хоть оно нам и не нравится.
— Да ты ж сама так ругаешься, северные твои ляжки! — возмутился Виол.
Креона гордо вздёрнула нос и хмыкнула.
— Ругаюсь. Но нам, северянам можно…
Я лишь улыбнулся.
— Там магическая зона?
— Да, и можно лишь подозревать, что за могучие существа там обитают. И не нашёлся ни один ещё магистр, который пожелал узнать, что внизу, и обрести там силу, — Креона улыбнулась, — Там всегда мороз, но таким вонючим свежим воздухом ты бы дышать не захотел.
Корабль медленно плыл, минуя первые рыбацкие лодки. Люди, тянущие сети с блестящей на солнце рыбой, вставали на лодках и прикладывали руки козырьком, пытаясь высмотреть, что происходит на нашем большом корабле. Он в этих водах, наверное, был единственным таким крупным судном.
Не удивлюсь, если тот корабль, который мы оставили у скалистого берега, был вторым знаменитым здесь судном. Вот рыбаки и гадали, почему моряки прибыли без сопровождения.
Мы от греха подальше держались в рубке. По договору наши моряки, если хотели жить, делали вид, что всё отлично. Поэтому штурман только махал да отвечал на свист.
А слишком любопытных отгонял наш бард, который, прижавшись спиной к борту, наигрывал на лютне замысловатую мелодию. Она как-то незаметно, нота за нотой вплеталась в скрип снастей и в плеск воды, в крики чаек и в ругань рыбаков… Поэтому корабль плыл себе дальше, а рыбаки, приветственно махнув морякам, снова принимались за работу, забыв о своём любопытстве. Работы невпроворот, некогда им головами крутить, вон сети как натянулись от количества рыбы.
