— Да! — обрадовано воскликнул малыш. — Я принес с собой летучую мышь! Я поймал ее сам! Ты обещал показать мне, как можно сделать из нее чучело. Я хочу поставить ее в комнату, чтобы все думали, что я повелитель мышей!
Ра одобрительно кивнул Анубису, и, повернувшись к Сету, довольно произнес:
— Твой сын очень умен! Не смотря на свой возраст, он может не только писать, читать, но знает арифметику и биологию. Мне нравится заниматься с ним. Он уже интересуется медициной! Я надеялся на это. Высшая раса должна обладать неординарными способностями! Я очень рад за тебя Сет, и хотел бы получить других детей. Таких же одаренных и сильных.
Нефтиде не нравилась речь Хорахте, и она отвернулась. Ах, сколько бы она отдала, за возможность открыть свою тайну! Как тяжело держать это в себе, и знать, что никто никогда не узнает о том, что этот жестокий монстр не имеет никакого отношения к ее сокровищу! И страсть к медицине малыш унаследовал от своего единокровного деда. Ра Хорахте! Но боязнь за последствия, которые касались не только их с сыном, останавливали ее.
— Я тоже заметил его способности! — солгал Сет, без тени смущения. — Ты не представляешь, отец, как тяжело мне заставлять жену лечь со мной в постель! А уж какой скандал у нас разразился, когда я настоял на том, чтобы она отвезла Анубиса к тебе заниматься! Думаешь, я не понимаю твои стремления? Хотя она, наверняка, наболтала тебе, бог знает чего! Но не верь этой змее. Она лжива и фальшива.
— Так это была твоя идея привезти сына ко мне? — Ра изумленно посмотрел на Сета, а затем на Нефтиду, ища подтверждения, и расценил ее молчание согласием. — Ты не должна стесняться этого. Я рад, что ты меняешься, сын!
В это время к ним вошла Маат. Она ласково улыбнулась Нефтиде и обняла подбежавшего к ней Анубиса.
— Когда ты уже заставишь маму снять с себя эту страшную маску? — ласково спросила она малыша.
— Мамочка говорит, что маска защищает меня от злых сил, — отрезал Анубис, слово матери для которого казалось незыблемой истиной.
Маат беспомощно покачала головой, а Нефтида виновато улыбнулась. Она чувствовала огромную вину перед Маат и пред Анубисом, потому что ее вынужденный обман лишал этих двоих семьи. Анубис был копией ее сына, а она даже не догадывалась об их родстве. Но и Ра, и Маат и без этого знания обожали ее малыша, подсознательно чувствуя с ним особую связь. А что уж говорить об Анубисе, который не раз просил мать переехать в их дом, подальше от злого отца!
— Сет! Что привело тебя к нам? — спросила она холодно, на что тот, скривившись, заметил:
— Ты думаешь, мне нужна особая причина, чтобы навестить своего отца?
— Что ж, мог бы почаще это делать, раз чувствуешь связь с ним. С тех пор как я здесь, ты появляешься лишь, когда у тебя возникают какие-то проблемы.
— Да ладно вы, не ругайтесь, — встал между ними Ра. — Я рад, что Сет пришел без повода. Кто знает, может это войдет в привычку!?
В этот момент вошли слуги с угощениями и благовониями.
— Надеюсь, нет! — закатив глаза, ответила Маат и отвернулась к Нефтиде и Анубису.
— Как ты позволяешь женщине так непочтительно вести себя! — воскликнул Сет, сперва уверившись, что Маат его не слышит. — У нее должно быть свое место и разговаривать в присутствии мужчин ей вовсе не обязательно! А перечить уж и подавно!
— Ты так не любишь женщин? — удивился Ра.
Сет смутился.
— Я не в этом смысле. Вон, взгляни на рептилоидов! Уж они-то знают, какое место отведено женам в доме!
— Ты предлагаешь мне учиться чему-то у ящериц? — еще больше удивился Ра.
— Только насчет жен. Вот, к примеру, у меня не укладывается в голове: как ты позволил женщине уйти от тебя, да еще и забрать с собой твоего сына?
— А, это старая история. Хотел бы я стереть ее из моей жизни… Я сам виноват в том, что произошло. Мы никогда не ценим, что имеем, пока это не потеряем! Я даже представить себе не мог, что моя жизнь после этого превратится в ад. Понимаешь, у некоторых рас странное представление о браке. Они считают, что принадлежат только друг другу, и если кто-то третий пытается войти между ними, то причиняет им душевную боль. Маат как раз придерживается таких принципов. Ты не поверишь! Ее родители поэты! И не смотря на свой прагматизм, она очень романтична и ранима. С другой стороны, я понимал это, но был слишком занят собой. Я искал развлечений и острых ощущений. И забыл о любви…
— Я не понимаю тебя, Ра, — рассеянно произнес Сет, в то время как уже нащупал правильное направление. — Ей не нравилось, что у тебя были другие жены?
Ра рассмеялся.
— Нет, Сет, тогда их у меня еще не было! Там, откуда я родом, многоженство не приветствовалось. Да и к чему это? Жена — это обуза. Достаточно любовниц. Никакой ответственности и растрат. Да и сменить любовницу намного легче, чем надоевшую жену! Но не будем о грустном. Не хочу снова переживать тот кошмар, пусть даже в воспоминаниях.
— Как скажешь, отец, — ответил Сет, который уже выяснил, что хотел. Осталось лишь рассказать обо всем друзьям и придумать план действий. Только сперва нужно придумать, как поскорее выбраться отсюда!
