В шестидесятые годы в Сибири было обнаружено древнейшее захоронение человека. Тело по прошествии многих веков осталось нетленным благодаря уникальному, неизвестному науке составу раствора. Раскопки засекретили… Спустя полвека тайна бальзамирования заинтересовала директора Музея погребальной культуры Сергея Якушина. На поиски артефактов отправилась научная экспедиция во главе с руководителем детективного агентства Никитой Ветровым. Все шло по плану до тех пор, пока специалисты не достигли места раскопок. Здесь связь с экспедицией неожиданно пропала…
© Тамоников А.А., 2018
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018
Разговор не складывался. Молчание Варвары в телефонной трубке становилось грубым и агрессивным. Она сопела – как-то чревато, и я зримо чувствовал, как сжимается и разжимается маленький, но очень подвижный кулачок.
– Варвара Ильинична, простите меня, пожалуйста, – выдавил я через «не могу», «не хочу» и прочие преграды. – Возможно, я был неправ. Не могли бы вы вновь собрать свои вещи и вернуться в мою квартиру? Я очень скучаю, поверьте…
Это была кристальная, выстраданная правда. Жизнь без этой взбалмошной, временами совершенно невыносимой особы становилась не в радость. Мне ее катастрофически не хватало. Я не чувствовал себя виноватым, но готов был каяться, извиняться и вымаливать прощение.
– Я вернусь, и ты мне все простишь, Никита Андреевич? – ядовито осведомилась Варвара, у которой сегодня явно прихрамывала логика. Хотя, возможно, госпожа парапсихолог просто не слышала, что я сказал до этого, шлифуя планы безжалостного удара. – Послушайте, господин бездарный частный детектив, – с холодком продолжала Варвара, – я уже неоднократно просила оставить меня в покое, но вы не можете успокоиться. Да, я допустила ошибку, переехав к вам, я даже стала привыкать к навязанному вами так называемому «порядку и педантичности», я многое готова была стерпеть, Никита Андреевич, даже то, что ваши представления о порядке плохо согласуются с понятием «чистота». Однако то неутешительное, что я узнала о ваших умственных способностях…
– Ну да, дурак. – Я продолжал сохранять миролюбивый тон. – Но, во-первых, Варвара Ильинична, то, что произошло, не имеет отношения к моим умственным способностям. Во-вторых, я поступил правильно. В-третьих, кто бы заметил вас, умных, если бы не мы – дураки?
Последнюю часть тирады я мог бы опустить – она не добавила гармонии нашим пошатнувшимся отношениям. Варвару снова понесло. Я и так в последнее время узнал о себе много нового, а сегодня копилка знаний существенно пополнилась. Я давно подозревал, что моя возлюбленная, обладающая рядом парапсихических способностей, произошла не от Евы, как все нормальные женщины, а от Лилит – праматери всех ведьм. Ведь поначалу именно ее Создатель назначил женой Адама! Он явно ошибся, боги тоже ошибаются. Созданная по образу и подобию Бога, особа вышла резкой, вольнолюбивой и своенравной. Первая феминистка на свете – хотела быть равной Адаму. Последнему это резко не понравилось, он попросил заменить изделие, непригодное к эксплуатации. Бог прислушался к мнению мужчины, изгнал Лилит из рая, а Адам получил новую жену – изделие из ребра вышло куда продуманнее и «эргономичнее». Оскорбленная же Лилит долго скиталась по свету – от нее и пошли злые колдуньи и прочие ведьмаки…
Терпение лопнуло – я тоже человек. Мы наговорили друг другу кучу обидных глупостей, она обозвала меня «дрянным детективишкой», я ее – «безмозглой госпожой архивариус», и именно это почему-то ее зацепило.
– Я не архивариус, дорогой, – процедила Варвара. – Я – архивист, чтобы ты знал.
Ну, да, это все меняет. В свободное от путешествий по тонким мирам время Варвара работала в архивном отделе государственной публичной библиотеки и очень этим гордилась.
– Да, конечно, – согласился я, – слово «архивариус» звучит глупо. Архивист – куда лучше.
– Ну, и зачем ты мне звонишь? – окончательно разозлилась Варвара. – Хочешь сделать еще хуже – самовлюбленное, эгоистическое и жестокое существо!
Я зажмурился. Надеюсь, она не собиралась превратить меня в свинью – как это сделала Цирцея со спутниками Одиссея?
– Все, отстань, – отрезала Варвара. – Мне некогда. Я сходила на базар, купила говяжьи косточки и буду варить суп.
– И зачем ты мне об этом рассказываешь? – осторожно спросил я.
– А затем, что там хотя бы мозги есть! – выпалила Варвара и бросила трубку.
Я тоже выключил аппарат и от души ругнулся:
– Вот ведьма…
Но не успел швырнуть его в щель между диванными подушками, как он снова ожил. Звонила Варвара.
– Хочу сообщить тебе, дорогой, – произнесла она, сочась ядом, – настоящее зло – это не ведьмовство. А простые человеческие пороки – глупость, тщеславие, самовлюбленность и безразличие к окружающим, – и после этого уже окончательно выключила трубку.
Я изумленно уставился на замолчавший телефон. Волосы зашевелились на макушке. Мистику – в жизнь, товарищи? Я помотал головой, освобождаясь от липкого наваждения, бросил телефон в щель между подушками, чтобы глаза не мозолил…
