Слова митрополита после окончания обряда возведения в Великокняжеское достоинство Варяга раскололи тишину в храме и заставили всех перешептываться и делиться своими мыслями — Князь Федор Петрович по прозвищу Варяг согласно решению всех ныне почивших князей является единственным законным потомком Олега Святославича, внука Ярослава Мудрого! Князь Олег Святославович сочетался законным браком с племянницей Василевса Константинопольской империи и потому Федор Петрович тоже имеет право стать Василевсом. Я, митрополит Киевский и Всея Руси, благословляю Великого князя Киевского и Владимирского, князя Черниговского, Смоленского, Полоцкого, Рязанского, Муромского, Турово-Пинского, Волынского, Галицийского, Переяславского, Новгород-Северского Федора Петровича Варяга на миропомазание в качестве русского Василевса Федора Первого!
После окончания обряда митрополит возложил на голову Варягу золотую корону — Радуйтесь, люди русские! У вас теперь есть единый защитник от набегов степняков, согласно закону о престолонаследии Василевса, власть теперь на Руси передается от отца к старшему сыну, лествичное право более не действительно! Во всех княжествах будут править наместники, назначенные русским царем.
Юрий Кончакович тоже пришел в собор и теперь как и все был поражен провозглашением смены княжеств на царство. Неизвестно что подтолкнуло хана к этому поступку, он не мог этого объяснить даже себе. Хан протиснулся к Варягу и опустился перед ним на одно колено — Великий русский царь! Прими мои земли и мой народ в состав царства русского! Клянусь в верности тебе и твоему будущему сыну!
Варяг не растерялся и поднял с колена Кончаковича — Встань, хан Кончакович! Дарую тебе княжеский титул. Ты будешь первым русским князем из половецкого племени! Я принимаю твой народ под свое царское покровительство! Тебе предстоит с этого дня отправлять в Киев налоги церкви и мне по десять процентов от твоих доходов и по моему слову предоставлять своих воинов!
Уже ставший царем Варяг повернулся к заполнившим собор людям — Люди русские! Я как помазанный русский царь считаю, что в царстве должен быть свой патриарх! — опять все притихли, стараясь разобрать речь царя — Потому повелеваю: созвать всех русских иерархов церкви и рассмотреть вопрос создания независимого от греков русского православного Патриархата! Ровно через месяц здесь, в Софийском соборе я жду сбора Поместного Собора! Помимо Патриарха предстоит избрать двух митрополитов: Киевского и Владимирского. А теперь я буду здесь, в храме Господа нашего на Святом Писании принимать клятвы верности от вас, бояре! Всех, кто принесет мне клятву верности, запишут в церковную книгу и каждый после клятвы приложит оттиск своего пальца. Нарушивший клятву, которую он дал самому Христу, будет объявлен вне закона, отречен от церкви и его может убить любой истинный христианин как клятвопреступника. А все имущество изменника отойдет в царскую казну, супруга будет пострижена в монахини, а дети лишены боярского чина.
Владыка! прошу по списку вызывать бояр для принесения клятвы!
Бояре с тоской глянули на выход, но двери заблаговременно оказались закрыты, да и сбежать, протиснувшись сквозь толпу, было невозможно.
Варяг с удовлетворением наблюдал как бояре произносят клятву так, будто мучаются от зубной боли. Было понятно, что такой подлости они от нового Великого князя, ставшего к тому же царем, не ожидали.
После присяги последнего боярина, который на свою голову заявился поглазеть на нового Великого князя, тот объявил — Я после Собора и выборов Патриарха посещу все княжества и приму клятвы от остальных бояр и от дружинников, от купцов.
