Много лет назад легкомысленный сын миллионера Джеймс Харрис соблазнил юную, невинную Кину Уитмен, с легкостью бросил влюбленную девушку и забыл о ней. Но однажды достигшая богатства и успеха Кина вернулась, чтобы отомстить, завлекая Джеймса в сети соблазна…
Весь день Кины Уитмэн пошел наперекосяк с того самого момента, как она встала с постели. Погибли два ее лучших эскиза: Фэй пролила на них горячий кофе. Естественно, все модельеры пришли в ужас. Теперь Кине предстояло заново делать эскизы, а затем срочно создавать образцы для посредника. Как и все его собратья по профессии, этот комиссионер был нетерпелив и даже не пытался скрыть своего недовольства. В результате и Кина, и швеи остались без обеденного перерыва. В довершение всего она сделала неправильные расчеты для кройки блуз, и пришлось все переделывать прямо на глазах у рассерженных заказчиков. Когда рабочий день наконец закончился, Кина, вернувшись в свою манхэттенскую квартиру, буквально дымилась от раздражения.
Она сбросила туфли на высоких каблуках, пинком отшвырнула их подальше и с тяжелым вздохом рухнула на длинную, обитую синим бархатом кушетку. Как много воды утекло с тех пор, как она, еще совсем юной девушкой, работала над
текстильными образцами и мечтала, что когда-нибудь станет модельером в настоящем, большом доме моделей. И вот теперь у нее своя квартира, и ее имя упоминается в числе самых известных представителей индустрии моды. Но почему-то в последнее время это не приносило Кине Уитмэн должного удовлетворения. Чего-то в ее жизни не хватало… чего-то очень важного. Но чего? Возможно, виной всему хмурая зимняя погода, портившая ей настроение. Кина тосковала по весеннему теплу и приходящему вместе с ним ощущению легкости и свободы. Весна всегда согревала ей сердце и заставляла кровь веселее бежать по жилам.
Как же далеко в прошлом остался тот день, когда Николас Коулман предложил ей место в своей текстильной империи! С тех пор прошло уже шесть лет. Кине тогда только-только исполнился двадцать один год. Она окончила ничем не примечательную школу модельеров в Атланте и с трепетом явилась в офис компании «Коулман текстиль».
Чтобы отважиться на этот шаг, ей понадобилась целая неделя. Окончательное решение Кина приняла, когда услышала, что мистер Коулман ценит молодые таланты и покровительствует им. Она до сих пор вспоминала, как боялась смотреть на широкоскулое неулыбчивое лицо главы компании, восседавшего за массивным письменным столом.
- Отлично, голубушка. А теперь показывайте, на что вы способны, - сказал он и с циничной усмешкой добавил: - Не бойтесь, я не кусаюсь.
Кина дрожащими руками разложила свои рисунки на стеклянной крышке стола, заваленного кипами бумаг. Она пыталась угадать реакцию мистера Коулмана, но выражение его карих, глубоко посожженных глаз не изменилось. Он лишь кивнул - и все. Затем откинулся на спинку стула-вертушки и смерил посетительницу оценивающим взглядом.
- Вы где-нибудь учились? - внезапно спросил он.
- В школе модельеров, здесь, в Атланте, - насилу выговорила она. - Я…я ходила в третью смену на хлопкопрядильную фабрику, чтобы заработать денег на учебу. Мой отец работает на текстильном заводе в моем родном городе…
- Где? - перебил владелец кабинета.
- В Эштоне, - ответила Кина.
Мистер Коулман кивнул и стал слушать дальше, всем своим видом давая понять, что сбивчивый рассказ девушки его заинтересовал.
- Так что я кое-что уже знаю, - пробормотала она. - Я всю жизнь хотела стать модельером. О, мистер Коулман, я уверена: у меня это получится, если только кто-нибудь даст мне шанс попробовать. Я знаю, что мне это по силам! - Глаза ее заблестели, в словах зазвенел юный энтузиазм. - Я понимаю, что на должность модельера большой конкурс, но, если вы дадите мне шанс, клянусь, я не подведу вас! Я буду делать самые шикарные модели по самой низкой стоимости, какую вы себе только можете вообразить1 меня не пугает работа в выходные и во время отпуска, я…
- Даю вам один месяц, - оборвал вошедшую в раж девушку Коулман. Он подался вперед и пригвоздил ее к месту пристальным взглядом. - За это время вы должны будете доказать мне, что сможете выдерживать темп.
С этими словами он отсчитал Кине жалованье, сумма которого потрясла ее до глубины души, выразительным жестом дал ей понять, что прием окончен, и вернулся к своим бумагам.
В то время Николас Коулман еще был женат, но вскоре его супруга, прожившая с ним десять лет, умерла от сердечного приступа. Об этом много судачили, но Кина не обращала на сплетни внимания. Она не верила в то, что причиной сердечного приступа была супружеская ссора, и так и заявила одной из сплетниц. «Мистер Коулман, - сухо заверила она, - не из тех людей, что способны довести жену до гроба. Он слишком добр, да и потом, зачем ему держать на рабочем столе портрет покойной супруги, если он ее не любил?»
Каким- то образом эта невинная оправдательная речь дошла до слуха мистера Коулмана, и на следующей неделе он разыскал Кину в столовой. Предлогом для разговора послужило его желание выяснить, как у нее продвигаются дела.
- Я тружусь не покладая рук и очень скоро принесу вам сказочное богатство, - заверила она его с озорной усмешкой, поднося к губам пластиковый стаканчик с кофе.
- Я и так сказочно богат, - ответил он.
