– Это значит, что геологи гаюнов высадились на планете, ткнули пальцем в конкретное место и попали точно в яблочко. С малой долей вероятности это еще можно допустить. Но, как вы знаете, сырье для тинала – еще не тинал. Превращение сырья в полноценное топливо возможно только после тонкой волновой перестройки при прохождении кабины нуль‑транспортировки. Как вы объясните это?
– Их ученые покрутили, повертели обнаруженное соединение и разработали необходимую технологию.
– Нет. Вы знаете, что установки нуль‑транспортировки пока работают в экспериментальном режиме. Кроме как на восьмой и на Сохара их нигде не обнаружили. Почему? Я уверен, это может означать только одно. Кто‑то заранее знал, где нужное сырье и что и как с ним делать. Это томасолы. Секрет кабин переноса тоже у них. Самая важная, если так можно выразиться, техническая составляющая этой тайны – параллельные силы, которые активизируют именно они. Видимая, внешняя техническая составляющая работает в качестве дополнения, либо это чистая бутафория. У изгоев нет сил или специалистов активировать такие установки во многих местах.
– Они что, нетрацы типа вас? Штучные экземпляры? – задал вопрос Лузгин.
– Уверен. В любом другом случае установки были бы уже растиражированы и использовались повсеместно. Еще один довод в пользу моего предположения. Если это было бы техническое открытие томасолов, то император и контрразведка заставили бы их поделиться секретом.
– Возможно, возможно, – задумчиво проговорил Кузмин, постукивая пальцами по столу. – Значит, ты хочешь отправиться на восьмую? И каким же образом этот вояж сочетается с выполнением задания?
– Самым прямым. Нам ведь нужно раскрыть секрет пространственной транспортировки. Это можно сделать только там. Кроме того, восьмая – это перевалочный пункт. С нее я попаду в империю.
– В качестве кого?
– Томасола, естественно.
– Это крайняя степень риска. Раскроют, – уверенно проговорил полковник.
– Риск, конечно, есть, но он не настолько большой, как вам кажется, – возразил Шаман.
– Обоснуй.
– Я не зря большое количество времени провел среди пленных гаюнов. Знаний обстановки, культуры, поведенческих реакций хватит. Энергетическое состояние их организма копирую со стопроцентной точностью. Даже подсознание гаюнов не подает сигнала, что с этим индивидуумом что‑то не так, не включает интуицию. Да и общаются изгои с полноценными крайне редко. Последние их вообще избегают.
– А как будет обстоять дело с томасолами? С ними‑то общаться тебе придется, – проговорил Кузмин.
– На восьмой это будет не столь опасно. Я думаю, там один‑два изгоя, не больше. Вот и пройду проверку на вшивость. Возможно, даже удастся разобраться, как они работают. При самом худшем варианте, если раскроют, то у меня там персональный телохранитель есть.
– Не сомневайтесь, товарищ генерал. Верторог капитана в обиду не даст, – вмешался Колдун. – Такую бойню устроит, запомнится надолго, если вообще кто‑то останется, чтобы помнить.
– В крайнем случае в лес уйду, – продолжил излагать свой план Шаман. – Изгоев в этом случае придется ликвидировать. Спасательная команда прибудет, вот к ней и выйду. Никто не удивится, что неполноценный выжил. В том, что я свой, не усомнятся, да и спрашивать особо не будут. Лишний раз общаться с томасолом у обычных гаюнов желание отсутствует. Можно и на неприятность нарваться, самая простая из которых будет первой и последней. Со спасателями и эвакуируюсь.
– А с этим как? – спросил Кузмин, делая жест вокруг лица пальцем руки.
– Придется к биологам сходить подкорректировать личность. Болезненно, конечно, но лучше больно в жизни, чем когда ничего не болит, но ты в гробу. Сутана. Капюшон. Маскировки будет достаточно.
– Хорошо. Согласен, – хлопнул по столу ладонью Кузмин.
– Разрешите вопрос, господин генерал, – спросил Колдун.
– Слушаю.
– Как с моей заброской? Вместе с племянником пойду?
– Нет. Ты у нас, майор, мужик шумный, вот и заброска у тебя будет соответствующая. У полковника задание получишь и детали с ним уточнишь.
– Я так понимаю, товарищ генерал, – соблюдая субординацию при подчиненных, проговорил Лузгин, – что племянник пойдет на заброску, минуя моих людей. Но без сопровождения и прикрытия вы этого делать не будете.
– Торопитесь, полковник, но понимаете все правильно. С группой будет работать еще один человек, который вам всем хорошо знаком. – Кузмин сделал паузу, оглядев присутствующих. – Это подполковник Каянов. Он и поведет племянника.
На лицах сидящих за столом не отразилось никаких эмоций. Только инженер слегка дернул уголком рта.
