Пытаться накормить их тоже было непросто, и он остановился на легком варианте, который пойдет еще лучше, если они не будут болтать.
- Ты серьезно считаешь, что в нас это влезет? - уныло спросил его непутевый воспитанник, на самом деле поглощенный изучением своего дикого клоуна.
- Да.
- Фред, да ты настоящий маньяк!
Он и правда так считал - и видели бы они как ест его легкая, словно колибри, прекрасная племянница!
Кисти рук у него снова сильно пересохли - шуршали как пергамент - поэтому он отвлекся и чуть не пропустил…
- Конечно, твой обычный костюм элегантный и афористический - словно великан поблевал фиалками.
…как его грустный хозяин неудачно, но все же шутит.
Альфред довольно вздохнул и неосторожно счел, что жизнь налаживается.
По какой-то неведомой причине Джокер снова замкнулся, печальный и мрачный. Высокомерно реагировал на внешние раздражители, опустил глаза и перелистывал карты словно страницы книги, или словно еще не знает, все ли на месте и ведет учет, и Брюсу пришлось оставить его в покое.
Он слишком увлекся и должен был прекратить.
Миг откровенности минул и, должно быть, навсегда, но ему было приятно одолевать его, вызывать его насмешливые взгляды, следить, как он пожимает плечами, вскидывает брови - он бы не отказался повторить эти минуты.
На самом деле его мало что трогало.
Джокер размял шею, закладывая за ухо прядь светлых волос, и Брюс ощутил новый наплыв раздражающего интереса.
Чтобы перестать следить за… сообщником, он закрыл глаза и даже вытянул ноги, хотя знал, что заснуть не получится.
Он ошибался.
Ему впервые за много - полных двадцать пять - лет не приснился Тупик Преступления.
Когда он вошел в фазу быстрого сна, из красных и бордовых пятен составился неясный образ, что-то вроде человеческого сборища, которое шумело, ликовало или бесновалось.
Кого-то точно разрывало на части.
Брюс попытался понять, где они находятся, и сразу же вокруг образовалась белая, кафельная бесконечность.
Душевая в Аркхеме.
Он знал, что там - кто там - под их ногами, но должен был подтвердить это. Если он осмелится взглянуть, все прекратится…
- Рогипнол… Так что… д..ержи его… - прохрипел шум голосов.
Но он в страхе отступил назад и толпа взревела, получив разрешение.
Раздался вкрадчивый хруст костей, брызнула черная кровь, попала ему на лицо, и он обтерся сжатым кулаком, борясь с желанием попробовать ее на вкус.
Толпа двинулась и на него, пока он умывался черной землей, услужливо легшей в его ладони.
Он смог наконец проснуться, борясь с тошнотой. Сила головной боли ошеломила его.
Джокер, сидящий напротив и укрывшийся своим синим пиджаком, притворялся спящим, но Брюс видел, как плотно сжаты его губы, напряжены плечи.
Остаток пути, десять чертовых часов, он тоже притворялся, но только что его вообще не существует.
Когда они прибыли в Саппоро, оказалось что Альфред взял напрокат Ягуар XF. Это было, безусловно, хорошо, но почему он фиолетовый?
Джокер никак не отреагировал на этот занимательный факт, еще более беспокойный, чем раньше, погруженный в какие-то тревожные мысли.
Он почему-то ожидал увидеть снежные равнины - как он себе представлял Хоккайдо - но сейчас лето, ну разумеется.
Поля были, были холмы, покрытые вечнозелеными магониями, которые ковром спускались по склону. Все было зелено, а по левую руку по дороге от аэропорта колыхались под ветром лавандовые высадки.
Они подъехали к отелю - громадный полупрозрачный черный куб в ужасающе концептуальном стиле, обсаженный по периметру золотыми форзициями - и свернули на подземную парковку.
- Вам не кажется, что не стоит светить настоящими именами и так громко греметь мешком с монетами? - сухо выдал Джокер, убивая удобное молчание.
Брюс обнаружил, что не хочет с ним разговаривать. Его перепады настроения сильно раздражали - это был вовсе не тот канат, пронзительное место - это была дополнительная, не соглашенная обязанность, это означало нести повинность.
Прежде ответственность представлялась совсем по-другому.
- Не кажется. Могло быть хуже.
Джокер повел плечами.
- Ты бы притащил с собой свой невзрачный “Акробат”? Выдашь всем бейджики с бэт-знаком? Я свой не верну, сразу предупреждаю.
Они припарковались, и Брюс, все еще больной после кошмара, с удивлением наблюдал, как Джокер вываливается с заднего сиденья, словно куль с мукой.
Куда делась его уверенная ловкость?
- Вы что, собираетесь пройти через вестибюль? - не отставал смурной псих.
Альфред попытался слишком нагрузиться чемоданами, и Брюс отнял все, наказывая его за излишнее усердие при сборе багажа.
- А что ты предлагаешь? Пройти с пожарного входа и тащиться по лестнице на десятый этаж?
- Да, а ты не хочешь отправить Лиге приветственную смс?
- Хватит болтать. Весь высокий ранг уничтожен, никто не знает моего имени. Все подумают, что я приехал сюда жрать рыбу и охмурять женщин.
Джокер пожал плечами и пошел в сторону, противоположную входу.
- Имя твое наверняка написано на местных скрижалях, мышонок.
По крайней мере они не будут знать, что я тут, хоть какое-то преимущество. - продолжил он не оборачиваясь и не сбавляя шаг.
Джокер ни черта не знал о Лиге Теней.
