— Где моя настойка? — спросил возникший в комнате демон. — Не советую говорить, что ее у тебя нет!
— Она у меня есть, — справившись со страхом, ответил Колин. — Но все имеет свою цену!
— Что тебе нужно? — нетерпеливо спросил лафрей. — Говори, только быстрее!
— Я хочу очень быстро стать старше на три года!
— Зачем это тебе нужно? — удивился лафрей. — Только дурак станет укорачивать свою жизнь! Твое тело не просто станет старше, оно и проживет меньше!
— Хочу стать шестнадцатилетним! — уперся мальчишка.
— Станешь, — согласился демон. — Не сейчас, а через месяц. Только нужно нагружать мышцы, иначе будет плохо. Где настойка?
— Держи, — сказал Колин и поставил на стол флакон.
— Странный запах, — сказал демон, облизнув губы раздвоенным языком. — Но вкус тот, что нужно. К следующему разу приготовь ее побольше, а то не буду ничего делать!
— Значит, вы и есть Большой Ник? — спросил барон невысокого толстяка с жуликоватыми глазами. — И что в вас большого?
— Оборот, — расхохотался тот. — Мой тезка, который тоже торгует мехами, будет повыше меня, но до прозвища пока не дорос. Прозвище у нас просто так не дают, его еще нужно заслужить.
— Давайте увеличим ваш оборот еще больше, — улыбнулся Кай. — У меня есть десять мешков прекрасных шкурок. Я их сюда не принес, только несколько мехов на выбор. Если сойдемся в цене, я вам продам все сразу.
— Давайте посмотрим, — посерьезнел толстяк. — Неплохой мех, но у меня его много. Могу взять, но большой цены не будет. За такую дам золотой.
— На продажу такие у вас стоят пять! — возразил Кай. — Не велика ли разница?
— Не хотите — как хотите, — потерял к нему интерес толстяк. — Мне такие меха без надобности.
— Ладно, зайду еще к Нику без прозвища, — сказал барон, собирая шкуры в сумку. — Если и он окажется жмотом, возьму их с собой в столицу. Наверное, продам без торга за пять золотых. Все лучше, чем вам отдавать даром.
— Так вы едете в столицу? — оживился толстяк.
— А что я забыл в этом городе? — сказал Кай. — Купили гражданство и уезжаем. Кое‑кто из спутников хочет остаться здесь, поэтому хотел продать шкуры и выплатить их долю, но могу отдать своим золотом, а шкуры приберечь. Я думаю, что вы на меня не сильно обидитесь, если я их в столице продам по дешевке? Сильно я вам цены не собью.
— Три золотых, — пошел на уступку толстяк.
— Пять! — назвал свою цену Кай.
— Четыре! И это мое последнее слово!
— Ладно, — проворчал Кай. — Смотрите другие меха. И вот еще что… Вам не нужны мушкеты? У меня есть лишние, а неохота искать оружейников.
— Сколько мушкетов? — спросил Ник. — Двадцать — это многовато… Хотя, если в хорошем состоянии, то возьму.
Через четыре часа, избавившись от лишнего оружия и мехов, барон опять собрал всех в своей комнате и раздал золото. Стражнику досталось тридцать монет, а Дитеру с Катериной — пятьдесят, после чего их отпустили.
— Теперь разберемся с вами, — сказал Кай. — Вам, Артур, причитается сотня монет, но если мы поплывем, за место на корабле с вас возьмут пятьдесят золотом. Поэтому держите пятьдесят золотых, а остальные пока останутся у меня.
— Спасибо, — поблагодарил Артур. — По правде сказать, я и на это не рассчитывал.
— А ваши две сотни, Хартмут, полностью уйдут на ваш проезд.
— Ну и хорошо, — ответил шевалье, — хоть не тратиться на дорогу. Вы не узнавали, почему так дорого берут?
— Здесь плавают разные корабли, — сказал Кай, — поэтому цены тоже разные. Я вам сказал самую большую цену из тех, которые мне говорили, поэтому деньги еще могут остаться. Оказывается, этот город здесь не единственный. На сотню лиг восточнее на побережье есть город Сарск, который раза в три больше этого. Живет он добычей меди, которой там горы. Я это говорю к тому, что садиться придется на один из кораблей, которые из того города плывут в столицу и по пути заходят в здешний порт. Уплыть на местных кораблях не получится. Они здесь есть, но занимаются либо рыбной ловлей, либо прибрежной торговлей, и далеко не плавают.
— Значит, берегом ехать не хотите? — спросил Артур.
— Слишком долго, дорого и хлопотно, — сказал Кай. — На море тоже есть разбой, но говорят, что осенью пираты уплывают на свои острова, и должно очень не повезти, чтобы на них нарваться. А разбой на тракте, хоть и редок, но не зависит от времени года. К тому же на дороге мы с вами будем одни, а на корабле много народа.
— Ладно, поплывем, — сказал Хартмут. — Но тогда получается, что лошади нам не нужны. Продадим?
— Сколько там тех денег, — сказал Кай. — По–хорошему лошадей еще нужно долечивать. Я думаю оставить их нашим спутникам.
— А мы не пропустим корабль? — спросил Артур. — Они, наверное, долго не стоят.
— Я кое с кем договорился, так что нам сообщат, — ответил Кай. — Нам теперь остается только ждать. Постарайтесь надолго не уходить из трактира. В это время в декаду бывает три корабля, поэтому ожидание долго не продлится.
На первый корабль, который зашел в порт на следующий день, они не попали.
— У меня совсем мало кают, и все они заняты пассажирами, — сказал барону капитан.
— А если расположиться на палубе? — предложил Кай.
