— Ничего, помимо канцлера, существует Совет империи, в котором я обладаю правом голоса! Нужно будет к кому‑нибудь съездить и узнать, какие в нем сейчас настроения! Пострадали не только мы, поэтому они должны надавить на императора! Решено, сейчас же съезжу к герцогу Детлеру!
— Может, подождешь, пока закончится дождь? — вздохнула жена.
— Ты меня считаешь совсем глупым! — рассердился он. — Конечно, я пережду дождь!
Крис, о котором они говорили, в это время был в особняке. Он узнал о том, что приехавшая подруга Клода тоже маг и через нее можно связаться с Колином, и теперь был здесь частым гостем.
— Вы очень сильно выросли, — заметила Сента. — Сколько уже прошло дней?
— По–моему, двенадцать, — ответил Крис. — А сколько лет вы бы мне сейчас дали?
— Пятнадцать дала бы, — сказала она, — да и то только из‑за лица. Я ни у кого из парней вашего возраста не видела таких мускулов!
— Это из‑за постоянных упражнений, — довольно сказал Крис. — Сента, спросите у Колина, когда он сможет к нам приехать? Скажите, что и сестра хочет его увидеть.
— А она хочет? — улыбнулась девушка. — Зачем вы обманываете?
— Какая разница? — возмутился он. — Услышит и быстрее прибежит. А то он дождется, что сестру уведут из‑под носа! К ней и так уже повадился один граф…
— Он отвечает, что не может, — после паузы сказала Сента. — Его не пускают из‑за какого‑то демона. Сказал, что это продлится дней двадцать, а потом можно будет выходить.
— Жаль, — с досадой сказал Крис. — Через двадцать дней лафрея убьют, а у меня на него были такие планы! Надо же было Клоду все выболтать главному магу! Ладно, ничего не поделаешь, придется ждать. Когда у вас свадьба?
— Хотим подождать возвращения Клода, — покраснела девушка. — Это я хочу подождать, а Морис торопит.
— Правильно делает, — сказал Крис. — В жизни ничего не стоит откладывать, кроме лишних денег.
— Вы тоже женитесь через двадцать дней? — засмеялась Сента.
— Мужчинам трудней, — возразил он. — У меня всего две сотни золотых — какая женитьба? Графство отобрали, а отец не даст денег. Прежде нужно найти себе занятие, а это не так просто. Я ничего не умею, только драться, а идти в армию неохота.
— А чем бы вы хотели заниматься? — спросила она.
— Этим не получится, — тяжело вздохнув, ответил Крис. — Я всегда мечтал хоть одним глазом заглянуть в другие миры. Раз нарисовали такие картины, значит, в них уже ходили! А что можно сделать без силы? Вот почему такая несправедливость? У тех, кому необязательно иметь силу, она есть, а у того, кто без нее не может жить, ее нет ни капли!
— Зря вы поспешили с этим взрослением, — с сожалением сказала Сента. — Взрослый человек — это не только тело. У Колина это может получиться, а вы и через двадцать дней останетесь мальчишкой! Только напрасно потеряли два года жизни. Вы на меня, пожалуйста, не сердитесь.
— Да ладно, — не смог скрыть обиды мальчик. — С другом поговорил, а дождь уже закончился, поэтому я поеду.
Он ушел, а Сента попыталась опять связаться с Колином.
«Я сейчас не могу, — нервно ответил он. — Давай поговорим позже?»
У него были причины нервничать. Перед ее вызовом явился лафрей за очередной порцией настойки. Задания он не выполнил, а когда его в этом укорили, принялся жаловаться, перемежая жалобы угрозами.
— Вам бы только тянуть из меня секреты! Я и так все время хожу по краю! Если наши узнают о том, что я вам принес, с меня снимут шкуру! Дай хоть немного настойки, а то я за себя не отвечаю!
Настойка пряталась под замок, да еще защищалась магией от запаха, поэтому сам он не мог ее найти. Получив свой флакон, демон захмелел, но не ушел, как это делал обычно, а улегся на кровать и продолжил свои жалобы, под конец даже пустив слезу.
— Ты думаешь, я не знаю, чем все это для меня кончится? Все я знаю! Вы нас этой настойкой травите уже тысячу лет!
— Тогда зачем ты ее начал пить?
— Ты совсем дурак? — спросил демон. — Кто бы ее пил, если бы можно было удержаться?
— Сами виноваты! — обвинил лафреев Колин. — Соблюдали бы правила, как все остальные, никто бы вас не травил!
— Вот я и говорю, что дурак! — показал на него лапкой лафрей. — Думаешь, люди соблюдали договоры? И потом много нам радости, когда кто‑то выдергивает из родного мира? И еще просили бы чего‑нибудь стоящего, так нет! Почти каждый требует кого‑нибудь убить! Я из‑за тебя перебил кучу людей. Мне вас не жалко, просто противно убивать!
— Это были враги! — возразил Колин. — Они бы нас всех перебили!
— Может, кого и убили бы, — согласился Лафрей, — пусть даже всех. Сколько было вас, и сколько их? А ведь у каждого из тех, кого я убил по твоему требованию, были близкие! И не все эти люди пришли к вам по собственной воле! Молчишь… Вы изводите бедных лафреев уже тысячу лет!
— Какие вы бедные? Самые страшные из демонов!
