Завершив боевой танец, символично поклонился незримому оппоненту, а затем открыл глаза и посмотрел на левую руку, сгибая пальцы, по одному и все сразу.
— И как? — Спросил внимательно наблюдающий за моими действиями Бастион. — Если хочешь, могу позвать целителя на диагностику.
— Лучше, чем могло бы быть. Хуже, чем было раньше. Передай мои благодарности сотворившему это чудо. Связь восстановится?
— Да, до прежнего уровня. Пройдёт дней десять и конечность будет ощущаться словно старая, я через такое проходил. Как себя чувствуешь?
— Лучше, чем могло бы быть. — Усмехнувшись, повторил я. — Учитывая, что моё тело уже давно должны были сожрать монстры, вообще прекрасно. Я должен тебе уже дважды. Ведь это по твоему приказу меня исцелили и притащили сюда?
— Перестань уже. — Устало вздохнул Бастион. — Да, приказ мой. Но ты ничего не должен, я лишь отплатил тебе за спасение одного из членов Дома.
— Спасение. — На моём лице возникла кривая улыбка, больше похожая на хищный оскал. — Не то чтобы очень стремился. Сейчас я больше настроен на то, чтобы прикончить Путешественника самому. Медленно и жестоко. Как относишься к подобному предложению?
— Сугубо отрицательно. — Крайне серьёзно покачал головой Бастион. — Тогда давай решим иначе. Ты забываешь про его существование и это будет твоим долгом.
— Жизнь за жизнь. — Хмыкнул я. — Достойная плата. Ты уверен, что хочешь защищать этого человека? — Бастион, встретившись со мной взглядом, слегка прикрыл глаза и помассировал виски, словно у него болела голова.
— Он бывший член моей группы и часть Дома. Это мой долг.
Бывший. Я сделал в голове небольшую зарубку. Как минимум, Путешественника значительно понизили во внутренней иерархии. Впрочем, это меня не удовлетворило, но долг жизни был долгом жизни.
— Я согласен. Буду считать, что сам на монстров напоролся. Вот только, к сожалению, это лишь один долг, за мной остаётся второй. Что тогда, кстати, произошло?
— Да забудь уже об этом. Но я благодарен, что ты согласился. А касательно Волны в Гильдию загляни. В тот день у них творилось настоящее безумие, зато информацию собрали оперативно. Расскажут во всех подробностях, исключая причину, разумеется, потому что видимой нет, а предположительных миллион. — Бастион вздохнул, протягивая мне браслет. — Не то чтобы я думал, что его кто-то украдёт, у нас таких не водится, но решил лучше подержать у себя.
— Спасибо. — Я натянул браслет на руку.
— Один из наших мастеров был изрядно удивлён, опознав эту вещь. Если честно, не ожидал от тебя. Редкий и дорогой артефакт.
— Не настолько он и дорогой. — Погладил я браслет. — Места не так много, как хотелось бы. А сам артефакт- наследство. Мои родители были очень предусмотрительными людьми. Лишь благодаря их наследству я до сих пор стою перед тобой.
Я сначала подумал, что за словами Бастиона кроется обвинение, ведь для меня покупка такого артефакта действительно вряд ли возможна, но то было лишь простое любопытство.
— Хорошее наследство. Но, пожалуй, вернёмся к нашим делам. Почему ты так быстро согласился? — Я в это время проверял содержимое браслета и поднял на Бастиона недоумённый взгляд. Он слегка улыбнулся. — Добыча с тех монстров, что ты убил. Моё хранилище пошире, утащил всё. Мы их разделали и продали. А затем удвоили сумму. В качестве- он слегка замялся, прежде чем произнести следующее слово- компенсации.
— Взятка. — Я вновь криво улыбнулся, а Бастион нехотя кивнул. — Приму к сведению. А на тему согласия… Как мне следовало бы поступить по твоему мнению? Шантажировать ваш Дом информацией о том, что Путешественник мудак и фактически убил другого Охотника?
— Чего-то такого я и опасался. Насколько мне известно, у тебя всегда были проблемы с деньгами. Это выглядит удачным шансом несколько поправить положение, да и к Домам ты должен испытывать как минимум неприязнь. А тут такая возможность.
— Ясно. — У меня внутри всё заледенело. — Я уважаю тебя, Бастион, за твою силу и человечность. Кроме шуток, ты хороший человек. Но много ли таких среди Охотников, тебя окружающих? Сколько из них пошли бы на шантаж в моём положении? Не смей меня с ними равнять. Ты делаешь такое предположение, ничего не зная обо мне и моей жизни. Плевал я на деньги, на Путешественника, на Аргов конкретно, и Охотников в целом. Тебе известно моё имя, Бастион?
— Я… — Он начал отвечать, но вопрос был риторическим.
— Знаю, что нет. Ты, Дарин Тарнас, один из сильнейших. Зачем тебе имя Слабейшего, правда? Это не делает тебя хуже, нет, никто не интересуется моим именем. Впрочем, как и жизнью. Глупая претензия, я прекрасно это осознаю, мы не настолько хорошо знакомы. Суть в другом. Как зовут Охотников из твоей группы? Ты знаешь их? Людей, с которыми рискуешь жизнью бок о бок многие годы.
— Нет. — Он отвечал твёрдо и внешне безразлично, но слушал меня крайне внимательно.
