Где-то на задворках сознания еще мелькали отголоски разума, но с каждым новым касанием приходило осознание полной капитуляции, чем он бессовестно пользовался.
Одежда уже давно покоилась неровными кучками разбросанная по всей комнате.
Сумасшедшее наслаждение плескалось по обнаженной коже, сладким ядом оседая на губах, обжигая горло и связки, отчего голос рвался на бессвязные стоны и хриплые слова. Ласковые и такие настойчивые руки Андрея связывали тело нежной пыткой, которой не было конца.
— Хватит, — выдохнула я.
— Уже? — мои глаза скрестились с его взглядом, было такое ощущение, что мы не в постели, а на поле боя, словно два воина сошлись в смертельной схватке. Захотелось выйти победителем из этого поединка, чего бы не стоила эта победа.
От вырвавшегося из моего горла хриплого рыка, Андрей выглядел ошеломленным. И не давая ему времени опомниться, обхватила его талию ногами, без особых усилий оказалась сверху.
— Удивлен? — тихо засмеялась я, медленно нагибаясь к лицу Никольского. Распущенные волосы мазнули по его лицу, и клубками свились на плечах.
Мои губы сами собой растянулись в голодную улыбку, а глаза Никольского полыхнули яростным пламенем, которое, опалив кончики ресниц, потекло вниз живота, вызвав болезненную судорогу. Разум после этого просто сбежал, оставляя тело на животные инстинкты, и они не заставила себя ждать.
Ногти прочертили по обнаженному торсу Никольского, на коже выступили алые царапины, а кое-где проступили кровавые бисеринки. Я поднесла губы к груди и провела языком по царапине, мужчина подо мной напрягся и застонал, вводя меня в сумасшедший транс.
Ждать уже не было никаких сил. Я отстранилась от его груди и чуть приподнялась. Тело изогнулось танцующей коброй, дразня дикой пляской хищного зверя.
А зверь наблюдал, наслаждаясь хаотичными, а оттого еще более соблазнительными движениями. Его руки потянулись ко мне, но я предупредила их движение, прижимая запястья к постели.
Сладкое, до боли желанное состояние экстаза, то бросало тело в сильные объятия пленившего меня мужчины, то отстранялось, разжигая страстное желание соединиться вновь.
Безумная ночь!
Странная ночь…
Разве это я всю ночь вытворяла в постели такое, чего никогда в жизни не делала?! Словно цепи, что держали внутри меня это пламя, рассыпались на мелкую ржавь.
В комнате царила предрассветная хмарь, проникшая в нее через неплотно задернутые шторы. Я лежала на кровати в кольце рук, которые тесно, но нежно прижимали к груди спящего Андрея. В голове теснились два абсолютно разных желания: провалиться сквозь землю от совершенного мной или полностью окунуться в опаляющую страсть, оставаясь рядом с этим мужчиной.
Кусая губы от досады на саму себя, не заметила, как по подбородку потекла горячая струйка, а, собравшись в каплю, упала на грудь Никольскому.
— Черт! — выдохнула я, пытаясь вырваться из крепких объятий.
— Куда? — сонно пробормотал Никольский.
— Надо, — зашептала я, отбиваясь от горячих рук блуждающих по телу, — пусти!
— Не пущу!
— Не зли меня Никольский! — и я подняла на него раздраженный взгляд.
— У тебя кровь.
— Да знаю я! — нетерпеливо сказала я, выпутываясь из скомканной простыни.
Босые ступни утонули в мягком ворсе ковра, а тело резко запротестовало от возможности быть потревоженным лишними движениями. Ныл каждый мускул, каждая клеточка тела. Я хмыкнула, отмечая, что ночь не прошла для меня даром. Поднявшись с кровати, я прошла в ванную, включив холодную воду, принялась оттирать кровь с подбородка. Посмотрев на себя в зеркало, поняла, лучше б я этого не делала. Растрепанные волосы, лихорадочно блестящие глаза, нездоровый румянец на щеках, на губе осталась запекшаяся кровь.
— Чудесно! А главное от любви к себе, — фыркнула я собственному отражению.
Взяв в руки расческу, принялась распутывать последствия бурной ночи, получалось плохо. Дрожащие руки остервенело, дергали запутавшиеся пряди, отчего я постоянно кривилась от боли.
Посмотрев в зеркало, увидела стоящего у входа Никольского, поймав мой взгляд, он приблизился.
— Не жалко? — невинный вопрос сбил меня с толку, я глупо захлопала глазами.
— Что?
— Волосы, — снисходительно ответил он, отбирая у меня расческу.
— Помочь хочешь? — в шутку сказала я, тут же почувствовав, как локоны под его уверенными движениями, становятся послушными. От удивления я замерла, даже дышать перестала.
— Вот и все, кстати, не забудь тебе сегодня к врачу, — с абсолютно невозмутимым лицом сказал он, выходя из ванной.
Через пару минут хлопнула дверь.
— Ушел, — может после этого ему хватит мужества не выставить меня сразу. Он получил желанное…а как бывает с надоевшей игрушкой знают все.
Тьфу, что за мысли!
Еще к врачу идти! Что за напасть этот врач, покрутит, повертит, кровушки накачает и отправит в невменяемом состоянии домой.
Бррр…
Умывшись и почистив зубы, я вошла в комнату, обозревая растерзанную кровать.
А ничего так, нарядно!
Какая экспрессия, какой полет мысли!
Я нервно рассмеялась, глядя на все это безобразие.
