— Я... — Вильсон беззвучно пожевал губами. Потом он кивнул. — Да. Да... начинайте передавать приказы всем подразделениям. Пусть они как можно скорее перегруппировываются и вступают в бой. Пусть Боло ведет свое сражение. — Он поглядел на Файфа. — Господи помоги мне, я никогда не думал...
— Я тоже не сразу поверил в то, что они это могут, сэр, — тихо сказал Файф. Смотрел он, правда, на Элейну Дюран. — Временами я забываю, каково это, быть снаружи... и воспринимать что-либо вроде Джейсона. Ни ум, ни образование, ни даже опыт не могут подготовить к восприятию того, на что способны Боло. Это можно только увидеть, увидеть самому... — Он замолчал, чувствуя, что его сентенции совсем не к месту.
Земляне-завоеватели слишком быстро привыкли считать себя венцом творения. Они создавали чудеса техники, такие как Боло, и поднимали на смех ограниченные взгляды на жизнь таких людей, как Вильсон, которые по-прежнему верили в простые ценности вроде храбрости, долга и чести. Но сами Боло точно так же ценили эти качества, как и мужчины и женщины далекого фронтира.
Если Конкордат намерен и дальше оставаться крупным игроком на галактической арене, в один прекрасный день ему придется выучить этот урок...
Продолжая продвигаться ко входу на перевал Горячих Источников, я начинаю встречать все более активное сопротивление. На эту сторону прорвались уже несколько батальонов, и все больше врагов пересекают горы, пока я разбираюсь с первыми своими противниками.
До сих пор в арсенале врага не попадалось ничего способного составить мне серьезную конкуренцию, по крайней мере один на один. Но численность брошенных против меня сил поражает, а ведь даже обычные фугасные боеголовки со временем справятся с моей броней. По моим прогнозам, я могу выдерживать бой не более восьми часов — более точные цифры выходят за пределы моей вычислительной мощности, так как в этом уравнении слишком много неизвестных. Этого времени должно хватить, чтобы мои товарищи из Народной Армии успели организовать оборону Денвера Прайм. Чтобы замедлить наступление противника, я должен занять позицию на самом перевале, перерезав единственную доступную врагу линию связи и снабжения. Классический маневр с тыла, в стиле Наполеона...
Серией залпов вспомогательных орудий я разбиваю скопление из двадцати двух вражеских танков, приближающихся ко мне с северо-запада, и, пробиваясь сквозь их тяжелые останки, вхожу в устье прохода. Теперь все зависит лишь от того, смогу ли я справиться с тем, что враг пошлет против меня. Я намерен продолжать бой до тех пор, пока армия не сумеет организовать контрнаступление. Вид приближающейся ко мне группки пехотинцев, чьи личные передатчики идентифицируют в них дружественные объекты, наполняет радостью мои центры удовольствия, хотя я и не могу позволить им подняться на борт, так как они все же могут оказаться вражескими диверсантами. Но я почему-то знаю, что они вовсе не агенты врага, и мысль о том, что я не один веду этот бой, еще больше воодушевляет меня.
