20 февраля 2000 года
Здесь жарко, но все идет хорошо. Я прикомандирован к миссии военных наблюдателей ООН, находящейся в городе Макени, это в 150 километрах к северо-востоку от Фритауна. Как всегда, во время предварительных инструктажей опасность была преувеличена. Правда, вокруг нас множество людей, число конечностей у которых несколько меньше положенного, а территория эта контролируется Объединенным революционным фронтом.
Средний возраст бойцов ОРФ — подростковый. Все немного смахивает на «Повелителя мух». Повышение в звании становится результатом успешных боевых действий (убийств) — при этом я еще не встречал никого, кто носил бы звание ниже капитанского. Вообще говоря, пока ты ведешь себя с ними твердо, ты можешь идти куда угодно и делать что угодно, однако (простите, если я начинаю смахивать на пожилого брюзгу) они настолько накачаны наркотиками и в целом малоразвиты, что зачастую не ведают и собственных имен, не говоря уж о познаниях насчет происходящего в их стране мирного процесса. Солдаты ОРФ — рабы моды. Солнечные очки и стрижка ежиком — это всенепременно, а вот насчет любимой одежды не уверен — пока мне кажется, что наиболее популярна здесь футболка с портретом Леонардо ди Каприо.
Предполагается, что здесь идет процесс разоружения, демобилизации и реинтеграции. Командование ОРФ уверяет, что поддерживает РДР, однако не подкрепляет своих слов действиями. Это огорчительно, поскольку простые люди искренне желают мира. Ожидания велики, и каждый день, проходящий без РДР, — это новый шаг к возобновлению насилия. Солдаты ОРФ жалованья не получают. Единственное их вознаграждение — это военная добыча, так что, возможно, срок нашего пребывания здесь скоро истечет.
Поскольку РДР, за которым мы могли бы наблюдать, не существует, мы коротаем время за патрулированием да общаемся с местными жителями — мое мастерство по части фрисби все возрастает. Местные мальчишки прозвали меня Мистер Вы Готовы. Они здорово навострились приносить мне брошенный диск. Время от времени я бросаю его в толпу ребят («Вы готовы, ребята?» — отсюда и прозвище). Как правило, они кидаются врассыпную, топча упавших, однако игра им, похоже, нравится, особенно если диск попадает кому-нибудь в лицо.
В коллегах состоят у меня люди самые разные: есть превосходные, есть милые, но бестолковые, а есть и ленивые, жадные до денег ублюдки, которые находятся здесь лишь по одной причине — финансовой. ООН выдает нам щедрое «пособие для поддержки миссии» (= деньги). Говорят, что парни из беднейших стран за день получают от ООН больше, чем получали за месяц от своих правительств. Официальным языком ООН является здесь английский, но, что еще важнее, это единственный общий для всех повстанцев язык. Большинство моих коллег вполне прилично говорят по-английски, однако сочетание дурного качества радиосвязи с бюрократическим уровнем написания отчетов означает, что здесь большой спрос именно на британцев.
Еда тут однообразная, однако достаточно здоровая, возможностей для развлечений более чем хватает. Сегодня вечером мы отправляемся на местную «дискотеку», чтобы посмотреть по спутниковому ТВ футбольный матч (финал Африканского кубка наций), — нас пригласил в качестве гостей бригадир ОРФ (это либерийский наемник, питающий слабость к Джорджу Уи, который играет за «Челси», так что я беседую с ним о футболе, не о политике). В прошлом году он захватил во Фритауне телевидение и электрогенератор. ОРФ стоит на стороне Нигерии. Как это ни странно, многие повстанцы носят мундиры нигерийских солдат, которых они убили в ходе гражданской войны, похоже, однако, что двойные стандарты их не смущают…
Еще у нас есть обезьянка по имени Оскар, мы выкупили ее у местных мальчишек. Мы думали, что Оскар от нас сбежит, однако пока он живет на дереве у дома и время от времени нас навещает.
Со связью здесь плохо — контакт с внешним миром по спутниковому телефону обходится по шесть долларов за минуту. Надеюсь, письмо до вас дойдет, пошлите и вы мне E-mail, рано или поздно я смогу его прочитать.
С любовью, Фил
