Что, если Торн вычислил их и напал на группу? А что, если сфера уже у него? А если Эмберли пострадала? Почему она не с остальными членами группы? Что такого могло произойти, что Стила нет рядом с ней?
Смотрю на Грейсона, чей взгляд прикован к дверям, за которыми исчезли родители Новы. Его братья в той группе. Он молчит, но я достаточно хорошо его знаю и замечаю, что выражение лица у него очень беспокойное.
– Очевидно, что-то не так, – подхватывает Нова. – Звонить можно было только в случае чрезвычайной ситуации. – Она отодвигает свою тарелку. – И как он вообще оказался у Эмберли? Он должен быть у Сейбл.
Киллиан и Киара возвращаются в сарай, и мы вынуждены прекратить наш разговор с предположениями. Подойдя к своей сумке, отец Новы приседает и кладет телефон обратно. Я перестаю дышать в ожидании, пока кто-то из них скажет нам, что происходит. Проходит минимум полминуты, прежде чем Нова решает нарушить тишину.
– Мам. Пап. Что происходит?
Киара делает глубокий вздох и обращает взгляд к мужу. Выпрямившись, он скрещивает руки на груди.
– На вторую группу напали. Что сейчас со второй сферой, мы не знаем. – Киллиан замолкает, глядя на Грейсона. – И с остальными членами группы тоже.
Брови Грейсона сходятся над переносицей. Он наклоняется вперед и кладет руки на стол перед собой.
– Эмберли в порядке? – спрашиваю я, не в силах справится с беспокойством за лучшую подругу.
– Она отбилась от остальных. И не знает, где они сейчас.
Это не ответ на мой вопрос.
– Нашу миссию это не отменяет, – подключается Киара. – Мы все еще вылетаем отсюда первым же рейсом. Если Торн уже заполучил первую сферу, наша первоочередная задача – как можно быстрее и лучше спрятать ту, что у нас.
Она права, я знаю, что это так, но меня охватывает паника за друзей. Я не слышала, что именно говорила Эмберли, но голос у нее был очень испуганный. Это на нее не похоже. Да, вероятно, она все еще пытается овладеть своими силами и оттачивает навыки, но она – сильнейший потомок ангелов, которого я знаю. А, возможно, сильнейший в мире в принципе.
Есть ли хоть какая-нибудь причина, помимо смерти, которая могла разлучить Стила с подругой? Если бы пришлось делать выбор между судьбой всего мира и Эмберли, думаю, он точно выбрал бы Эмберли. Я поняла это по его взгляду, когда Торн пытался обменять ее на сферы. Друг с радостью передал бы ему этот могущественный артефакт, если бы Эм вернули к нему целой и невредимой.
– Грейсон? – гробовую тишину в помещении нарушает голос Киллиана. – Ты сможешь продолжать участие в миссии?
Он потирает губы и кивает. Опустив руки на стол, отвечает:
– Я понимаю, что долг превыше всего.
– Отлично. Тогда давайте доедим и будем готовиться ко сну. Чем лучше мы выспимся, тем в лучшей форме окажемся завтра.
Я смотрю на свой недоеденный хаггис. То, что было в моем желудке, уже переварилось. Вероятность того, что я смогу съесть еще хоть кусочек, так же мала, как и шансы уснуть сегодня ночью, то есть стремится к нулю.
Взяв в руки вилку, я размазываю еду по тарелке, мысли в голове путаются. И я знаю, что, пока я не сделаю одну-единственную вещь, легче мне не станет. Я должна поговорить с Эмберли.
– Эш. Что ты делаешь?
Оборачиваюсь с телефоном в руке.
– Грейсон, – произношу я на выдохе.
Друг смотрит на телефон в моей ладони, а потом переводит взгляд на меня. Я была очень осторожна и убедилась, что все еще спят, прежде чем выкрасть телефон и ускользнуть из сарая. Я что, ошиблась насчет Грейсона, или я сильно шумела, и он проснулся?
– Эш, – повторяет друг, делая неуверенный шаг вперед. – Почему телефон у тебя?
Он прекрасно знает почему, но я не могу не объяснить ему, в чем дело.
– Мы не можем оставить ее там одну. Ты же знаешь, что Эмберли не привыкла к нашему миру. Скорее всего, она не знает, кого еще можно позвать на помощь.
Сжав губы в тонкую линию, я наблюдаю, как на лице Грейсона появляется сомнение. Нерешительность очень на него давит. Долг для него так же важен, как и преданность семье и друзьям. Нужно лишь повысить планку.
– А ты не хочешь узнать о своих братьях? Один из них может быть ранен или умирает прямо сейчас. Ты в самом деле хочешь жить, вспоминая об этом дне, в котором ты ничего не предпринял, чтобы помочь, хотя мог?
Грей вздрагивает, и у меня сжимается сердце. Я не хотела причинить ему боль, но именно эти мысли крутятся в моей голове со вчерашнего дня. Что, если мы чем-то можем им помочь, но игнорируем? Я не смогу с этим жить. И Грейсон, думаю, тоже. Знаю, Киллиан и Киара сохраняют предельную осторожность, но что плохого произойдет, если я просто свяжусь с Эм?
– Я очень быстро с ней поговорю. Обещаю.
Вздохнув, Грейсон отводит меня подальше от ночлежки.
– Лучше бы родителям Новы не знать об этом разговоре.
Как только мы отходим на достаточное расстояние от наших товарищей по команде, я быстро набираю номер и слушаю гудок. И еще один.
После пятого обращаю взгляд к Грейсону. Может, мы уже опоздали?
Он кладет свою ладонь мне на руку и легонько сжимает, пытаясь успокоить как может.
Наконец на том конце провода отвечают.
