В поместье Линвуд существовала традиция все серьезные разговоры проводить в кабинете хозяина. Шантель вошла первой и сразу направилась к стеллажу, уставленный книгами фасад которого служил дверцей потайного винного погребка, после чего занялась смешиванием напитка для Николаса. Ему захотелось остановить Шантель: слишком много болезненных воспоминаний пробудил в памяти ритуал давно минувших дней. Однако Ник промолчал. Шантель грациозными движениями налила точно выверенное количество «Шивес ройял салют» в хрустальный бокал, добавила содовой и одинокий кубик льда.
— Какая хорошенькая девочка, Николас. Совсем еще молоденькая. Ребенок.
Он ничего не сказал. На резном столе эпохи Людовика XVI стояла фотография в серебряной рамке: Дункан Александер и Шантель. Ник направился к камину и повернулся спиной к огню, как проделывал это тысячи раз на протяжении тысяч вечеров.
Шантель подошла к нему с бокалом, встала поближе и, подняв лицо, взглянула в глаза. Аромат ее духов задел ностальгическую струнку в душе Ника. В первый раз он купил ей «Калеш» весенним утром в Париже… Усилием воли он отогнал воспоминание.
— О чем ты хотела поговорить? Что-то насчет Питера?
— Нет. Питер прекрасно справляется — по крайней мере, насколько мы можем надеяться в данных обстоятельствах. Он до сих пор неприязненно относится к Дункану, но… — Шантель пожала плечами и отошла в сторону.
Ник почти позабыл, насколько тонка ее талия — можно обхватить пальцами…
— Сложно объяснить, Николас, но дело во «Флотилии Кристи». Мне необходим совет человека, которому я могла бы довериться.
— Ты можешь мне довериться? — спросил он, вздернув бровь.
— А ты находишь это странным? Я до сих пор могла бы доверить тебе свою жизнь.
Шантель приблизилась, встала почти вплотную и привела Ника в замешательство, окутав облаком ароматов и пьянящих прелестей… Ему пришлось отпить глоток виски, чтобы отвлечься.
— Пусть даже у меня нет прав просить тебя, Николас, я все равно знаю, что ты не откажешь, ведь так?
Шантель-чаровница плела колдовскую сеть; он чуть ли не кожей ощущал ее тончайшую паутину.
— Я всегда был наивным дураком, да?
Она коснулась его руки:
— Нет-нет, Николас, пожалуйста, не надо столько горечи. — Ее взгляд был цепким, не отпускал ни на мгновение.
— Так чем я могу тебе помочь?
От ее прикосновения ему стало неловко. Словно почувствовав это, Шантель на миг усилила давление пальцев, затем поднесла к глазам запястье, украшенное тонкой полоской «Пиаже» с циферблатом из белого золота.
— Скоро вернется Дункан… а рассказать тебе я должна историю долгую и запутанную. Может быть, встретимся в Лондоне где-нибудь в начале следующей недели?
— Шантель… — покрутил он головой.
— Ники, прошу тебя.
Ники. Она была единственной, кто так его называл. Слишком близко, слишком интимно…
— Когда?
— Ты встречаешься с Дунканом утром во вторник? Будете обсуждать арбитраж по «Золотому авантюристу»?
— Да.
— Позвони мне на Итон-сквер, как закончишь. Я буду ждать у телефона.
— Шантель…
— Ники, мне больше не к кому обратиться.
Он ни разу не отказывал ей… «И поэтому потерял», — подумал он кисло.
Двигатель не создавал шума, лишь воздух тихо шелестел, обтекая кузов «мерседеса».
— Проклятые сиденья… Неужели трудно было подумать о влюбленных? — ворчала Саманта.
— Через час будем дома.
— Так долго я не вытерплю, — хриплым шепотом ответила она. — Мне хочется быть к тебе поближе…
Они вновь замолчали, на этот раз вплоть до района Хаммерсмит, где пришлось сбавить скорость из-за воскресных вечерних пробок.
— Питер просто красавчик. Было бы мне лет десять, я бы отдала ему все свои куклы.
— А он бы обменял их на «спитфайер».
— Сколько еще?
— Полчаса.
— Николас, мне страшно. — В голосе Саманты вдруг прорезались панические нотки. — Такое ужасное предчувствие…
— Ерунда.
— У нас с тобой все было слишком хорошо — и слишком долго…
Джеймс Тичер возглавлял адвокатскую фирму «Салмон, Питерс энд Тичер»; именно к их услугам прибегал Ник, когда речь шла о его буксирно-спасательной компании «Океан». Джеймс, багроволицый лысый коротышка, обладал внушительной репутаций в Сити, являясь экспертом по морскому праву — и крепким орешком на переговорах.
Они с Ником подробно обсудили, где провести предварительную встречу, и сошлись на том, что если гора не идет к Магомету, то…
Джеймс Тичер согласился, но выговорил себе право прибыть не на такси, а в «бентли» шоколадного цвета.
— Нам, мистер Берг, нужно серьезное блюдо, а не легкая закуска. Благородный копченый лосось, а не дешевая салака в бумажном кульке.
Кирпичи консервативного здания Кристи-хаус хранили на себе следы былого лондонского смога. Штаб-квартира компании располагалась на Лиденхолл-стрит, в самом сердце судоходного бизнеса Британии. Практически напротив размещался Трафальгар-хаус, а еще ярдов через сто — Лондонский Ллойд. Привратник открыл Николасу дверцу машины:
— Рад видеть вас, мистер Берг, сэр.
— Добрый день, Альфред. Как обычно, приглядываете за порядком?
— По мере сил и возможностей, сэр.
