Разговор оборвался, на линии воцарилась тишина. Анжела подняла голову и увидела, что красная иконка в углу экрана мигает, сигнализируя о новом сообщении. Схватив мышь, она открыла почтовый ящик.
В следующее мгновение экран заполнил скан старой газетной статьи за июль восемьдесят второго года. Газета выходила в Бейкерсфилде в Калифорнии. Анжеле бросился в глаза крупный заголовок:
КАНАДЕЦ ЗАДЕРЖАН
ЗА НАПАДЕНИЕ НА ВИННЫЙ МАГАЗИН
Сдерживая сердцебиение, Анжела начала читать:
«В пятницу утром полицией был задержан вооруженный монтировкой нетрезвый мужчина, которого подозревают во взломе винного магазина “Тамми вейл”, имевшем место накануне. В момент задержания мужчина спал в своем автомобиле на парковке универмага “Уолмарт”. Рокко Джонса, приезжего из Канады, обвиняют в…»
– Что за черт?.. – прошептал Рауль, заглядывая ей через плечо. – Вот он, твой Рокко Джонс. – Для наглядности оператор ткнул пальцем в экран. – И где бы он сейчас ни находился, в восьмидесятых ему, похоже, пришлось посидеть в американской кутузке… А значит, должно было сохраниться досье криминального учета.
– И я уверена, это не единственный случай, – ответила Анжела. – Кто-нибудь да знает, – добавила она негромко. – Кто-то всегда знает!.. Как я и говорила, время меняет обстоятельства и людей; проходят годы, и им начинает хотеться рассказать о старых нераскрытых делах. С этим уже можно работать. – Она показала на экран. – Для начала проверим информацию. Мы…
Пока она говорила, в ее почтовый ящик свалилось еще одно сообщение с приложением.
«Проверьте записи актов гражданского состояния, раздел “Официальная смена имени”».
В приложении оказался скан официального свидетельства бюро записи актов гражданского состояния, согласно которому в девяносто первом году Рокко Адам Джонс подал ходатайство о перемене имени на «Мейсон Адам Гордон». Ходатайство было удовлетворено, просителю выдали соответствующие документы на новое имя.
Анжела часто заморгала. В течение нескольких секунд она видела перед собой только старый документ на экране. С трудом собравшись с мыслями, Анжела повернулась к Раулю.
– Твою мать! – прошептал оператор.
– Это потрясающе! Нужно срочно поговорить с Мейсоном. На камеру!.. Давай одевайся. Ну, живо!..
– Поговорить с Мейсоном? Прямо так, без подготовки? Но ведь мы даже не знаем, где он может сейчас быть. И вообще… Не лучше ли сначала обсудить все с вышестоящим начальством?
– Если я обращусь к нашим большим шишкам или позвоню ему самому, он успеет подготовиться. Нет, нужно застать Мейсона врасплох! Ты должен заснять на камеру его реакцию, когда он поймет, что мы его разоблачили. Я знаю, где он живет. Если его нет дома, устроим засаду возле квартиры и дождемся, пока он появится!
Боб не последовал за Карой в мотель. Пусть идет и ищет себе комнату, решил он. Сам Боб остался сидеть в машине, снова и снова вспоминая сцену в особняке Османов. Чаще всего он возвращался мыслями к тому факту, что много лет назад Кара солгала и эта ложь изменила всю его жизнь. Да, с Аннелизой его жизнь была бы другой – более радостной, светлой, счастливой. До сих пор Боб помнил ее гладкую, как атлас, и такую же прохладную кожу, помнил запах ее волос и вкус вишневого блеска для губ. Она стала его первой любовью, и Боб, в котором бурлил тогда коктейль из подростковых гормонов, пылал к ней неослабевающей похотью, однако это не мешало ему верить, что он любит ее по-настоящему и что эта любовь будет длиться вечно. В то далекое лето семьдесят шестого, заполненное пешими походами, купаниями в озере и ночными кострами на пляжах, жизнь разворачивалась перед ними словно сказочный ковер, обещая бесконечное счастье, безграничные возможности. Именно тогда ему начало казаться, что его судьба определена раз и навсегда, что счастливое лето будет длиться годами. Все изменилось в один миг. Жизнь круто повернула и пошла совсем не так, как мечталось. А все из-за Кары, из-за ее эгоизма и лжи. И вот теперь пришла пора попрощаться с Карой навсегда. С ней и со всем случившимся по ее вине. Но что дальше? Ответа на этот вопрос Боб не знал.
И снова его мысли обратились к прошлому. Да, те дни были самыми счастливыми в его жизни, теперь он это понимал, но были и проблемы. Боб до сих пор не мог объяснить себе, почему Аннелиза согласилась встречаться, но не соглашалась с ним спать – особенно если она действительно занималась сексом с его друзьями. Это было непонятно, и это больно ранило. Даже сейчас.
Единственное, что Боб знал наверняка, – кто-то другой, возможно один из самых близких друзей, обрюхатил его девушку у него за спиной. Именно поэтому он испытывал сильнейшее желание повесить убийство Аннелизы на этого негодяя и предателя.
А еще Боб знал, что ему необходимо выпить. Немедленно. И выпить как следует. Быть может, спиртное ослабит жар его гнева, притупит страх и тогда он сумеет составить план дальнейших действий.
