– Кто-нибудь из вас видел последние новости? – воскликнул он еще с порога и возмущенно махнул рукой со стаканом куда-то в сторону окна. – Эта дамочка, Шелдрик, только что объявила в прямом эфире, что найденные на «Хемлоке» останки принадлежат юной беременной девушке и что эмбрион сохранился, как она выразилась, «благодаря естественным химическим процессам омыления, что делает возможной генетическую экспертизу отцовства»!
– Что?!. – вырвалось у Джейн.
Только теперь ее напарник заметил фотографии на экране.
– Это она? – спросил Дункан уже совсем другим тоном.
Никто ему не ответил. Джейн схватила телефон и нашла в нем приложение КТКС-ТВ, кликнула иконку «Срочные новости» и переключила стрим-канал на большой экран.
Все, кто был в комнате, повернулись в ту сторону.
Анжела Шелдрик сидела за стеклянным столом напротив телеведущего. Задником студийной декорации служило огромное изображение хорошо всем знакомого здания Криминалистического института. Когда стрим загрузился и картинка ожила, Анжела как раз заканчивала начатую ранее фразу:
«…В расследовании этого дела также принимает участие знаменитый криминальный психолог и профайлер доктор Ноа Готье. Многие из наших зрителей наверняка помнят, что этот человек, будучи еще совсем молодым служащим полиции, сыграл важнейшую роль в раскрытии дела печально известного в Ванкувере серийного убийцы Роберта Пиктона. Впоследствии доктор Готье принимал участие в расследовании множества других нашумевших серийных убийств как в Канаде, так и в Соединенных Штатах…»
У Джейн буквально отвисла челюсть. Взгляд ее прилип к экрану, который разделился напополам. На одной его половине появился интерьер институтского кафетерия, где, доверительно склонившись друг к другу, о чем-то беседовали Ноа Готье и Элла Квинн.
«Роберт Пиктон – это тот самый фермер-свиновод из Порт-Кокитлама[19], который был обвинен в двадцати семи убийствах первой степени?»
«Совершенно верно. Сейчас Пиктону за семьдесят. Напомню, что часть обвинений доказать так и не удалось, поэтому никто не может сказать точно, сколько именно жительниц Большого Ванкувера стали его жертвами».
– Твою мать!.. – пробормотала Мелисса. – Хотела бы я знать, к чему она ведет?
– Шеф, это правда? – спросил Тэнк. – Ноа Готье действительно заинтересовался нашим расследованием?
Но Джейн была в таком бешенстве, что не могла говорить.
«Сегодня утром мы пытались получить комментарии доктора Готье и доктора Эллы Квинн», – продолжала вещать Анжела, и на экране появилось видео: Элла и Ноа шагают по застекленному переходу к дверям института. Снова зазвучал голос Анжелы: «Доктор Квинн! Доктор Квинн!..»
Детективы молча смотрели, как Элла Квинн и доктор Готье останавливаются, поворачиваются к камере. Анжела нагоняет обоих.
«Доктор Квинн, я – Анжела Шелдрик из…»
«…С телевидения, – заканчивает доктор Квинн. – Без комментариев. И если хотите снимать на территории кампуса, вы должны получить разрешение в администрации университета».
«Скажите, человеческие останки с лыжной базы “Хемлок” доставили в вашу лабораторию?»
На экране оба ученых повернулись и снова зашагали к дверям института, потом камера переключилась на телестудию.
«Вы сказали, у вас есть какая-то новая интересная информация по этому делу?» – спросил у Анжелы ведущий.
«Совершенно верно. По данным источника, близкого к расследованию, найденные на лыжной базе человеческие останки могут принадлежать девушке в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет. Жертва погибла предположительно еще в середине семидесятых в результате удара по голове, нанесенного тупым тяжелым предметом. В момент смерти она была обута в высокие сапоги на платформе, также при ней был найден ключ от дома. – Анжела отвернулась от ведущего и посмотрела прямо в объектив камеры. Казалось, она смотрит в рабочий зал полицейского участка, смотрит в лицо Джейн, Дункану и другим полицейским. – Но самое главное, что делает этот случай совершенно исключительным… погибшая девушка была беременна!»
«Что еще вам известно? – спросил ведущий. На него драматическое сообщение Анжелы, казалось, не произвело особого впечатления. – Что-нибудь об обстоятельствах этого трагического происшествия?»
«Благодаря звонку на нашу “горячую линию” бывшего охранника лыжной базы Гуго Глюклиха, который когда-то работал на горе Хемлок в ночную смену, мы можем со значительной долей уверенности предположить, что тело было спрятано под часовней в канун Дня труда в сентябре одна тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Мистер Глюклих, которому сейчас уже далеко за семьдесят, сообщил мне об этом во время нашего телефонного разговора…»
Джейн резко поднялась на ноги.
– Как она пронюхала?! Сведения о беременности жертвы относились к тайне следствия. К скрытым доказательствам, которые…
