Девушка послушалась. Взяв ручки обеими руками, она распахнула створки, они оказались тяжёлые. Со скрипом проход внутрь открылся.
Перед ней предстало помещение. Освещено оно было подобно проходу, ведущему к нему - только пламенем огня.
В центре пространства стояли пятнадцать факелов в подставках, установленные прямо на полу. Они образовывали круг диаметром примерно семь метров. В центре размещалась конструкция похожая на небольшую трибуну. Верхняя часть её завершала плоская поверхность расположенная так, что бы на неё было удобно положить руки. Этот «столик» опирался на единственную ножку, закрепленную к напольному основанию. Стены помещения терялись в темноте. Свет факелов, будучи недостаточно ярким, не мог разогнать тьму полностью. За кругом еле проглядывались фигуры Братьев Ордена. Их чёрные робы позволяли им почти сливаться с мраком.
Она обратила внимание, что блики от света, излучаемого огнём, отражаются от металлических рубленых форм в темноте. Безошибочно узнавался уже хорошо знакомый ей корпус дредноута. Остальные братья могли бы для неё остаться незамеченными, если бы не красные точки их аугментированных глаз. По одной точке на каждого.
- Кандидат, встань в центре круга у подиума, – проговорил капеллан, закрывая дверь за ней.
Мизерикордия проследовала в центр круга, пройдя между факелами. Космодесантник, сопровождавший ее, присоединился к другим братьям скрываясь в темноте.
Подойдя к конструкции, ей представилась возможность внимательнее её разглядеть. На ней имелись ручки, за которые можно было взяться. Эти элементы были обиты неизвестной ей кожей. Кожа потрескалась, на ней имелись царапины. Да и на самой конструкции присутствовали множественные следы царапин, оставленные, как ей показалось ногтями. Подиум, крепко закреплённый к полу, не представлялось возможным сдвинуть. Встав около него, она направила свой взгляд на братьев, ожидая дальнейших указаний.
Прикоснувшись к конструкции, девушка-псайкер почувствовала спектр эмоций. Главной из них являлась «страдание». Словно тысячи и тысячи душ испытали мучения в этом месте. Её это насторожило.
Вперёд вышла фигура. Мизерикордия сразу узнала его, хотя раньше так близко никогда не видела. Это был магистр Ордена Десенс Порций Катон. Единственный, кто в Ордене носил волосы. Стрижка была короткая, но даже такая сильно выделялась среди бритых голов остальных Братьев. Как ей однажды рассказал Амикус, это сугубо практическая мера. Если магистр падёт в бою, а тело его будет обезображено до состояния неузнаваемости, то такая отличительная черта как наличие волос сможет помочь его опознать. Потерять тела магистра в бою стало бы величайшим позором для Ордена.
Он внимательно смотрел на неё. Девушка опустила взгляд от испытывающего серо-голубого глаза магистра. Другой глаз, заменённый кибернетическим имплантатом, ничего не выражал.
Его лицо рассекали шрамы, расходящиеся полосами от щеки до лба по левую сторону от сломанного когда-то носа. Взгляд Десенса наполняла вековая мудрость старца. Но вместе с тем он нёс в себе бессчётные печали бесчисленных невзгод и потерь. Контрастом выглядела мощная фигура, чьи мускулистые формы узнавались даже под свободной робой. Тело полнилось неукротимой энергией, а глаз потухшими надеждами.
Волосы покрывали голову ёжиком пепельно-серого цвета. Лицо при этом было идеально выбрито.
- Почему ты здесь? – холодный и глухой голос магистра Ордена Неусыпных воинов нарушил тишину.
- Я пришла, что бы пройти испытание, господин магистр Десенс Порций Катон, – ответила Мизерикордия, стараясь не выдать голосом волнения.
- Почему ты здесь? – повторил Десенс.
-Я хочу стать неофитом Ордена. Я хочу служить Ордену наиболее эффективно.
- Почему ты здесь? – вновь повторился вопрос.
- Я хочу послужить Императору. Император указал мне путь в служении Ордену.
- Почему ты здесь? – в голосе почувствовалось нетерпение.
- Я… Я считаю себя достойной Ордена! Я хочу принести клятву верности и, несмотря на то, что мне не стать космодесантником, служить воле Его наравне с Братьями Ордена.
Настала тишина.
- Вот как… - проговорил медленно магистр, -наравне с Братьями Ордена… Очень самонадеянно… Многих сгубила самонадеянность…
Уже громче он продолжил:
- Есть ли в зале, тот, кто поручится за кандидата в неофиты Мизерикордию?
- Я выступлю поручителем, – раздался громкий механический голос Древнего Профундуса.
- Кто выступит обвинителем? – продолжил магистр.
- Я выступлю обвинителем. – ответил ему капеллан Индигнат.
- Так тому и быть. Каково ваше обвинение, хранитель обрядов и магистр святости? – обратился к обвинителю Десенс.
Капеллан вышел ближе к кругу из факелов.
