Сосредоточившись, девушка представила, как достаёт знамя. Точно так же, как она представляла перемещение и двигалась. Это сработало. Знамя стало высвобождаться из доспеха. Тьма остановила своё распространение. Но само полотно начало истлевать, будто пораженное ускоренным старением. На нём стали появляться дыры.
В тоже время потревоженный силовой доспех развалился в сочленениях, и из него посыпался песок. Песок всё прибывал и прибывал. Его было слишком много, чтобы поместиться внутри брони. Двинуться Мизерикордия вновь не могла.
Она очутилась в песчаной ловушке. Бесконечно сочившийся потоком песок грозил полностью её поглотить. Знамя тем временем вот-вот должно было рассыпаться от старости.
В момент, когда ей показалось, что конец пришёл, всё окружающее исчезло.
Она стояла у алтаря с сосудом. Её тело было на месте. Единственным своим левым глазом кандидат смотрела на свои ладони, привыкая вновь к их наличию.
Из оцепенения вырвал голос главного библиария:
- Кто ты, ответь немедленно!
- Я, Мизерикордия, кандидат в неофиты Ордена космодесанта «Неусыпные воины», – отрапортовала она.
Говоря эти слова, девушка припоминала, кем является и что здесь делает, словно это произошло миллионы лет назад.
Главный библиарий проник в её разум и прошёлся по её воспоминаниям. Она не сопротивлялась.
- Кандидат чист, – резюмировал главный библиарий Простерус, обращаясь к капеллану.
Индигнат опустил клинок, занесённый для удара своей аугментической рукой.
- Не верь тому, что видела. Как много раз уже говорилось – варп коварен. Ты сохранила своё сознание и веру в Императора. Испытание считаю тобой пройденным.
Капеллан протянул ей руку с раскрытой ладонью. На ней покоилось её оружие. Металл на металле.
- Возьми его. Этот клинок теперь достоин Ордена, как и ты.
Беря в руки оружие, что могло лишить её жизни минутой ранее, она прикоснулась к руке капеллана. Холодной и бесчувственной. Эту характеристику она дала бы и самому обладателю кибернетических рук. Его безэмоциональный взгляд красных огоньков, обилие протезов, шрамы и ожоги в местах, ещё сохранивших плоть… Всё это лишало его человечности. Он во многом был похож на представителя техножречества, как верно заметил Амикус в своей шутке. И всё же он воин на страже Империума. Истина в том, что каждому приходится чем-то жертвовать, чтобы человечество продолжало существование. И часто, как это ни иронично, приходится жертвовать человечностью.
Она подумала о своём утраченном глазе.
Не было радости от слов о прохождении последнего испытания. Чувствовались лишь усталость и горькое послевкусие. На первый взгляд ей показалось, что последнее оказалось самым простым из трёх. Оно не было ни физически изматывающим, ни болезненным. Но это видение…
Оно оставило горечь пепла во рту… Горечь незначительности её борьбы. Даже после её смерти война продолжится вечность, как и длилась вечность до её рождения.
- Кандидат, – Торжественно произнёс капеллан, - встань на колено и принеси клятву верности Ордену.
Мизерикордия опустилась на одну ногу и начала повторять слова за капелланом Индигнатом.
- Я, кандидат Мизерикордия, клянусь в вечной верности Ордену космодесанта «Неусыпные воины». Да не убоюсь я врагов человечества.
- Отныне и навсегда.
- Да будет неусыпным моё бдение на страже Империума человечества.
- Отныне и навсегда.
- Я меч Императора, я щит человечества, я неусыпный воин.
- Клянусь служить до смерти и за её пределами.
- Воля Ордена – моя воля. Моя кровь и плоть – кровь и плоть Ордена.
- Отныне и навсегда.
Наступило молчание. Лишь гудение работы древних механизмов нарушало тишину.
- Встань же, неофит Мизерикордия! Твоя клятва принята. Теперь ты часть Ордена Неусыпных воинов, – закончил этими словами обряд посвящения капеллан.
Все присутствующие космодесантники ударили кулаком в грудь в знак признания обряда завершённым.
Зал «Инфитум окулус» она покинула уже, будучи зрячей. Теперь ей было позволено знать, где находится потаённое место Ордена.
