Викентий остановился прямо около парадной Симоны. Выйдя из машины, он гордо осмотрелся по сторонам – никого не было, кто бы мог его видеть в этот ответственный момент его жизни. К счастью, неожиданно из парадной Симоны вышла пожилая женщина и с интересом уставилась на Викентия – такой был у него экзотический вид: ярко-желтый пиджак, темно-синие брюки, ворот рубашки застегнут наглухо и лакированные ботинки с острыми носами на высоких каблуках, какие носят последние модники. При этом он стоял широко расставив ноги, держа руки в карманах и оглядывался по сторонам, как будто кого-то искал. Он ждал, чтобы его кто-нибудь заметил из прохожих. И, конечно, увидев такого необычно одетого и странно себя ведущего человека, женщина, вышедшая из парадной ему навстречу, замерла. Именно этого и ждал Викентий - любопытного наблюдателя. Он повернулся к женщине лицом и смело посмотрел ей в глаза, потом резко отвернулся, чтобы захлопнуть с шумом дверь машины, и потом опять дерзко взглянул на застывшую перед ним женщину. Она не изменила своего положения, пока дверь парадной не захлопнулась за странным человеком.
Птицей влетел на третий этаж наш Викентий и позвонил. Симона сразу открыла ему дверь, и вот Викентий из этой жизни перешел за порог другой жизни, жизни в гроте, где камни, цветы и материи составляли общий фон. И все это чудо умещалось в трех комнатах постройки шестидесятых годов. Оказавшись у Симоны, мужчина забывал о месте и времени, и все, что так или иначе обсуждалось с ней, не касалось предметов земных. Симона умела создать атмосферу возвышенного и мистического.
Симона осмотрела Викентия с ног до головы, и он показался ей каким-то необычным. Глаза его неестественно горели и он озирался по сторонам, как будто его сейчас кто-то схватит и вышвырнет за дверь. Симона спросила:
- Что случилось?
- Ни-чи-во… - дерзко ответил Викентий, специально растягивая слово. Викентий становился то на пятки, то на каблуки. Он весь играл.
- На следующей неделе мой знакомый даст ответ о деньгах, - выпалил Викентий и пристально посмотрел на Симону. Симона посмотрела на него также пристально и опять подумала, что он какой-то все-таки странный.
- Вы приболели? – спросила она.
- Отнюдь. Я в отличной форме, - ответил Викентий и обошел вокруг Симоны, глядя по сторонам.
- Да присядьте же, - стала уговаривать Симона.
- Да, конечно, - и при этих словах Викентий присел на край тахты, на которой, по его понятиям, он должен стать «любовником». Симона посмотрела на него вопросительно.
- И вы садитесь рядом, - гордо сказал Викентий и посмотрел на Симону, но не просто, а взглядом любовника, оглядывая ее с головы до ног и останавливаясь на местах, его больше всего интересовавших – ногах и груди. Симона взяла стул и села напротив Викентия в позе сфинкса.
Викентий исчерпал весь ресурс своих знаний о поведении любовников и сидел молча, опустив голову, и не знал что делать дальше. Молчание затягивалось. Симона спросила о возможностях его знакомого в предоставлении денег, но оробевший к этому моменту Викентий не мог ничего вразумительного сказать. И только тут Симона догадалась о мыслях Викентия и, чтобы прекратить эту неловкую ситуацию, сказала:
- Вас, наверно, ждет Юлия. – При этих словах Викентий встрепенулся, как птица на ветке от звука выстрела, и с какой-то яростью в голосе заявил:
- Нет, меня никто не ждет, - и быстро изменившимся голосом еле слышно Викентий добавил:
- И, вообще, я пришел…я пришел…- язык его заплетался, и вид у него был самый жалкий, и тут, набрав в легкие воздуха, он выпалил:
- Я пришел, чтобы стать вашим любовником… – и он замолчал. В этот момент ему показалось, что силы его оставляют и он летит в пропасть.
- Любовником? – тихо спросила Симона. И еще раз набрав воздух в легкие Викентий ответил еле слышно:
- Да, я отсюда не уйду, пока им не стану… - Когда он это произносил, пот выступил у него на лбу, и он не мог пошевелиться. Он как будто ждал смертного приговора. Тут Симона, будучи женщиной сообразительной, спросила:
- А вас кто-нибудь видел? – Вопрос, казалось, застал Викентия врасплох, и он напрягая последние силы ответил:
-У парадной меня видела пожилая женщина. – Он гордо посмотрел на Симону. Казалось, силы к нему возврпщаются. Он смело посмотрел на Симону, также не зная что делать дальше, как и десять минут назад.
- Вот и все, - радостно сказала Симона, и дальше, придав своему лицу возможную суровость, добавила:
- Больше ничего не надо. Вы – любовник, раз вас видели около моей парадной, - и она опустила голову, чтобы скрыть улыбку.
- Как! Разве этого достаточно? – недоуменно спросил Викентий, боясь пошевелиться.
- Для меня, да! – серьезно ответила Симона и продолжала, - С этого момента я Вас считаю своим любовником. Раз вы пришли к даме, не побоялись посторонних глаз – Вы и есть любовник. – На мгновение она замолчала, но, видя что Викентий не меняет своего положнеия, спорсила:
- У Вас были намерения?
- Да, - сконфуженно ответил Викентий.
