— Я сам думал об этом, пока не узнал кое-что о вашем деле. Вы не просто торговец, вы коллекционер. Вы собираете Уоллиса. Многие из его лучших работ — в ваших руках. Но Уоллис, по-видимому, иссякал. Собственно, он уже год не делал больших картин. Когда гусю больше не надо лежать в клетке — можно есть паштет из фуа-гра. Вы знали, что ничто так не поднимает цены на работы художника, как его внезапная смерть. Итак, вы покупали все больше и больше его вещей, почти контролируя рынок... И строили планы. Я должен был заподозрить вас сразу, как только увидел вас за тем же занятием, что и сейчас, — вы щупали свои усы, чтобы проверить, держатся ли они. Думаю, загар тоже смывается. И уверен, что у вас дома мы найдем парик Уоллиса — или пепел от него.
— И это ваши доказательства? — снисходительно улыбнулся Мун.
— У меня есть доказательство, — тихо сказал сыщик. — Только вы могли завести меня на десятый этаж. Легко, не правда ли? Вы нажали кнопку одиннадцатого, когда мы зашли в лифт. Затем вы показали мне то объявление и, пока я читал его, нажали на десятый. Естественно, лифт сперва остановился ниже. И, поскольку я отчетливо видел ложный номер на двери, я ничего не заподозрил.
— Вот как вы говорите. — Мун выглядел уже более уверенно. Откуда-то из Уголка ораторов донесся рев толпы. — Вы действительно такой же, как они. Шума много, а сказать особо нечего.
— Вы сказали слишком много, — парировал Фин. — Вы сказали мне, что у Уоллиса был бы прекрасный вид на реку, если бы не заложенные окна. Вы не просто об этом догадывались, вы видели это с десятого этажа.
— Опять блеф. Кто угодно, исходя из расположения здания, скажет, какой будет вид. У вас нет ни клочка настоящих улик.
— Поскольку вы выбросили фальшивую табличку с номером и два ключа. Должно быть, нелегко было сидеть там, отвечая на вопросы полиции с этими ужасными уликами в кармане. И их нельзя просто бросить с моста в реку. Надо было спланировать избавление от них, как вы спланировали все остальное. Вы отправились в галерею, где ваши люди упаковывали «Кухонную шрапнель» для перевозки в Рио. Пока никого не было рядом, вы с помощью эпоксидного клея добавили их к незаметным частям скульптуры.
— Бред какой-то! Слишком фантастично, чтобы отвечать. — Торговец искусством отвернулся от Фина. Толпа в Уголке ораторов снова принялась приветствовать своего вождя.
— Вы полагали, что в течение дня единственное неопровержимое доказательство против вас окажется в руках частного коллекционера в Рио-де-Жанейро, и его больше никогда не увидят. Никто, кто смотрел на скульптуру, не заметил бы одного или даже трех лишних кусочков металла. А художник благополучно умер. Верно? Неверно. — Фин указал черенком трубки на Боба Прайса. — Художник сидит здесь. Он точно знает, как производилась сборка, и у него есть полный письменный перечень ее составляющих. В нем указаны все гвозди и булавки. Но там нет латунного номерного знака. И нет ключей. — Мун начал говорить, но детектив прервал его: — Еще один провал в вашем плане. Из-за забастовки грузчиков скульптура находится не в Рио, а в Хитроу. Пойдемте посмотрим немедленно?
Инспектор Гейлорд шевельнулся, но недостаточно быстро. Практически одним движением Муну удалось перевернуть шезлонг под полицейским. В мгновение ока он сбросил Фина в Серпентайн и скрылся за ближайшим холмом.
Все словно сговорились, чтобы помочь Муну сбежать. Фину пришлось пробираться через детский футбольный матч. К возне присоединились несколько крупных собак. Инспектор врезался в воздушного змея. Убийца беспрепятственно добежал до Уголка ораторов, перепрыгнул через оградку и растворился в толпе.
* * *
Теккерей Фин наполовину свесился из окна, надувая с помощью трубки мыльные пузыри. Он объяснил миссис Доусон, что это не легкомысленная игра, а важный эксперимент в области поверхностного натяжения.
— Кроме того, это помогает мне сосредоточиться. Не так чтобы после поимки Муна было много на чем сосредоточиваться... Несколько шифров взломать... игра с почтовым Фробишером...
— Но как же они вообще смогли поймать мистера Энтони Муна? — закудахтала миссис Доусон.
— Просто ему не повезло, в самом деле не повезло. — Фин взорвал огромный, раскачивающийся шар. — Как только он присоединился к демонстрации, началась перепалка с полицией. Муну досталось больше всех. Когда его задержали, у него было на один зуб и один ус меньше.
— Ничего лучшего он не заслуживал, бродяга!
Сыщик не ответил. Он надувал губы, выдувал пузыри своей мечты и смотрел, как они плывут к черным железным шипам забора внизу.
